Темира. Перекрестки миров

Аид отвел руку в сторону, не давая мне коснуться крусбыса.

— Ты в своем уме, стажер? — изумился он. — Лучше подумай, где нам отыскать зеркало.

Пушистик затих, посверкивая зелеными глазками. Потянул носом воздух, отчего его короткие усики смешно пошевелились, и сказал басом:

— Спасите-помогите! Хозяйка! Век не забуду твоей доброты!

— Ай!..

— Он тебя не укусит, Темира, слезь с ящика.

— Он р-разговаривает!

— Конечно, крусбысы разговаривают, — подтвердил Аид, будто втолковывал маленькой девочке, что трава зеленая, а утром встает солнце.

— Разговариваю! — согласился пушистик по-прежнему басом. — Мне нельзя домой! Там меня поджидают враги! Я пр-рошу убежища!

— Бедненький…

— Темира! Мы сейчас постучимся в этот дом… — Аид оглянулся, отыскивая взглядом дверь. — Хм, если найдем вход… И попросим зеркало.

Я еще никогда не видела, как ловчие разрывают грань, но знала, что проще всего сделать это с помощью зеркала. На крайний случай сгодится любая гладкая поверхность — каменная или металлическая.

Мы вернулись по переулку, обошли здание кругом и обнаружили дверь с обратной стороны. Крусбыс все это время фырчал, извивался, пытаясь вывернуться из руки Аида, но ловчий держал крепко.

— Хозяйка! — ныл крусбыс, не теряя надежды, и умильно косился на меня. — Спаси-и-и-и!

— Аид, давай его отпустим, — не выдержало мое сердце.

— «Минейр Мелар»! — ледяным голосом поправил меня наставник.

— Прости…те. Ну правда! Он ведь не опасный! Перекресток с Тирром был почти два месяца назад, а он, бедняжка, все это время прятался.

Аид уже не обращал на меня внимания и стучал в дверь. На пороге возникла дородная женщина со скалкой в руках.

— Я те побарабаню!.. — рявкнула она, но тут же уронила челюсть, увидев ловчего. — Прошу простить!

— Зеркало! — коротко потребовал мой напарник.

— Да-да, конечно. Заходите.

Она посторонилась, пропуская нас в темный коридор, где пахло кислой похлебкой и слежавшимися вещами.

— Вот, на стене… А куда вы зверушку? — Она с жалостью посмотрела на пушистика. — Он тут давно прибился. Мы молоком поим, а он мышей ловит.

— Фыррр! — немедленно отозвался уроженец Тирра, притворяясь несчастным котиком. — Фыррр – фырр!

У Аида, похоже, начали сдавать нервы: он все еще сохранял невозмутимость, но как-то слишком плотно сжимал челюсти. Не отвечая, он шагнул к зеркалу и уперся в него рукой.