Темира. Перекрестки миров

А у самого взгляд внимательный, острый. Так пристально меня разглядывал, что я даже струхнула.

— Степи… Хм… Вернее, скалы! Да, скалы! — Про скалы я немного лучше знала. — В момент Перекрестка следует быть очень осторожными, чтобы не сорваться в расщелину, потому что и улицы, и городские площади мгновенно превратятся в каменные уступы… Ну вы это и сами знаете!

Ректор зачем-то потер переносицу.

— Я-то знаю… — согласился он устало. — А вот вы… Впрочем, неважно. Темира, а скажите мне вот что: «Я рада, что нас представили друг другу».

— Я рада… — начала я в замешательстве.

— Стоп! — Он поднял вверх палец, потом прикрыл глаза. — Продолжайте.

— Я рада, что нас представили друг другу…

Минейр Голдридж снова вздохнул и произнес: «Видно, судьба!» Я в тот момент еще ничего не поняла. И ни о чем не догадалась даже тогда, когда за свое невнятное бормотание внезапно получила звезду. Да и где мне было догадаться?

Ведь я еще ничего не знала ни о пропавшей дочери ректора — Лауре, ни о том, что на завтра назначена ее помолвка с наследником рода Мелар.

Когда я, счастливая, вылетела из аудитории, растопырив пятерню — хвасталась перед однокашниками звездой, — меня внезапно ухватила за локоть пожилая секретарша минейра Голдриджа. Во время зачета она стояла за спиной ректора и делала пометки в блокнотике. Чего это ей нужно?

— Мифрау Темира, — пропела она сладеньким голоском.

— Я не знатного происхождения, — напомнила я, хотя и приятно было услышать обращение «мифрау».

— Я знаю, детка. Пойдем-ка со мной!

И так крепко вцепилась в мою руку, что я, как ни упиралась, вынуждена была подчиниться старой грымзе. Однокурсники проводили меня изумленными взглядами.

А дальше стало происходить нечто вовсе невообразимое. Я подумала даже, что я перенервничала перед зачетом и теперь брежу.

В кабинете ректора — а именно там я вскоре оказалась, — меня ожидали две портнихи (лифы их передников украшали булавочные головки, точно причудливая отделка) и некая чопорная дама, затянутая в черное.

— Простовата, — сообщила она, недовольно поджав губы. — Тут и вуаль не спасет. Произнеси-ка что-нибудь, милочка.

Я выдернула локоть из захвата и сказала нарочно грубо:

— Я вам не милочка!

— Фу, как вульгарно! — наморщилась дама.

— Ну, я пойду, да?

Тут снова встряла секретарша — Дория Волл, вот как ее зовут.