Дар ненависти

За окном темнел заполненный уродливыми искорёженными статуями идеально причёсанный сад. По дорожкам медленно и чинно прогуливались придворные, сновали слуги. На лице каждого на долгие годы запечатлелось доброжелательно-услужливое выражение. У Бри такого не было. Но это только пока.

- Я не могу сбежать. Тогда моё место придётся занять сестре, а в Круге, насколько мне известно, живут не слишком счастливо.

Девушка пожала плечами:

- Кому как повезёт. Я ведь тоже из Круга. Ничего, живу.

- И много вас таких, живущих «ничего»?

Промолчала. Ясно, что, кроме полезной в дворцовых интригах и допросах Головоломки, никому не удавалось устроиться столь же удачно.

- Вот и я пока не видел наслаждающихся жизнью ведьм, порхающих по замку. К тому же, у советника есть очень нужная мне вещица. И я должен её получить прежде, чем выберусь отсюда.

- Дурак, - констатировала ведьма.

- Да, - подтвердил я. – Ты можешь сделать так, чтобы они не увидели кое-что крайне важное?

- Неужели это холёное личико скрывает постыдные тайны? – ведьма легко подскочила и погладила меня по щеке.

- Я как-нибудь переживу.

Она хмыкнула, став на мгновение похожа на очень сильную и очень умную женщину. А потом бесстыдно задрала подол до самого колена, чтобы оное почесать, ничуть не смущаясь моим присутствием:

- Чтобы скрыть одну постыдную тайну, нужно рассказать другую.

- Уверен, что найдётся.

Когда, перебрав сначала дорогой, но к концу вечера всё более разбавляемой водой, выпивки, в потёмках ищешь лошадь, а натыкаешься на остро заточенный нож, ты понимаешь, что подошедший человек явно имеет недобрые намерения. И совершенно не страдаешь спустя месяцы от того, что сломал ему обе руки, хоть и были они явно единственным инструментом добычи пропитания.

Если ушлая девка, профессионально прикидывающаяся невинной леди и глядящая на заботливого папашу огромными честными глазами, суёт тебе руку в штаны, улучив момент, когда в переполненном зале никто не смотрит, ты понимаешь, что у неё намерения самые приятные, хоть и совершенно не невинные. И беззастенчиво наслаждаешься компанией красотки, имя которой не можешь вспомнить даже, собственно, в момент наслаждения.