Дар ненависти

- Их подвиг навечно в наших сердцах, - король склонил голову с несвойственной ему искренностью. Словно и правда благодарил и сожалел о чём-то, что оказалось не понятно его предку. – Если бы мой чудесный папенька изволил отправиться в лучший мир чуть раньше, я бы не допустил подобных ужасов. Но ныне могу лишь разгребать за этим идиотом дерь… То есть, делаю всё, что мне под силу, - взял себя в руки мужчина.

- Хотите сказать, сейчас страна процветает?! Оно того стоило?! – возмутилась ведьма и, сообразив, на кого прикрикнула, добавила нехотя: - Сир.

Сир откинулся в кресле, разглядывая уже начавшую подгнивать ягодку, невесть как пропущенную служанкой в королевскую трапезу. Вальдинг не собирался её наказывать: бедная измученная девушка, похожая на исхудавшего жеребёнка, практически одна отвечала за всю кухню. В замке осталось очень мало людей. Слишком мало…

- Сейчас страна хотя бы выглядит таковой. Узнай соседи, что доставляемые им товары – это всё, что мы можем из себя выжать, пойми, что люди измучены, а от армии осталась трусливая горстка, что земля не родит, а засуха приходит седьмое лето подряд, думаешь они остались бы в стороне? Мы и глазом моргнуть не успели, а у наших границ уже окопались бы войска! Да, я задавил людей налогами; да, отбираю для торговли большую часть того, что им удаётся вырастить.

- Бабу вам нормальную надо, - грубо отшутилась ведьма.

- У меня их полный подвал, - в тон ей ответил король, снова пряча горечь правителя за маской самовлюблённого мерзавца. – А поскольку ты не так давно с ними контактировала, надеюсь, расскажешь, какие настроения витают в Круге.

Брианну передёрнуло. Когда её заставили пытать Белена, она ещё как контактировала с остальными ведьмами! Слилась с ними в единое заклинание, испила полную чашу ненависти, что они испытывали в подхалимке, которой повезло остаться свободной; страх, который заставлял жаться по углам при виде советника; слабость, которая преследовала, сковывала каждое мгновение плена; и жажду, жадность, ужас от того, что доступ к магии снова перекроют, как только колдовская паутина сделает, что должна.

Король хотел знать, не собираются ли эти женщины бороться.

А они хотели умереть. Лишь бы не чувствовать себя цепными собаками, бессильными, слабыми… обычными. Дар для них уже очень давно стал проклятьем.