Мой бывший темный

Ни словом, ни делом, как говорится. Мы возвращаемся в город.

— В таком случае, предлагаю другой вариант, — голосом вампира можно было замораживать воду, — оставляешь ее себе, а сам убираешься из города. Взамен на кулон гарантируем безопасный выход всем твоим людям.

Что?!

В первый момент я решила, что ослышалась. Кулон? Так вот почему он пришел сюда? Моя безопасность его не интересует? Или это потому, что он окончательно уверился в моем предательстве?

— Он оказался моим отцом! — выпалила я. — Выкрал прямо со двора твоего дома! Не давал пить сутки и в итоге заставить отдать ему твой проклятый кулон…

Виктор перевел на меня невозможно тяжелый взгляд, открыл рот, явно собираясь ответить, но не успел.

— Заткнись, — Раис до боли сжал мою руку, наверняка после такого останутся синяки. — А ты… считаешь меня таким идиотом, что я отдам единственное, что защищает меня?

— А еще он сказал, что проблемы с микросхемами – это не их работа. Так что…

— Я сказал, заткнись! — прикрикнул Раис, но, должно быть, из-за кулона никто даже не обратил внимания.

— Как твои люди попали в мой дом? — негромко спросил Виктор, никак не реагируя на мои слова.

— Думаешь, я здесь, чтобы сдать все свои секреты? Держи карман шире.

— Чтобы согласиться на твои условия, — медленно заговорил вампир, — я должен поверить в то, что не она все это время тебе подыгрывала.

Пренебрежительный взгляд в мою сторону стал последней каплей. Горько, несправедливо. Зачем он так говорит? Неужели действительно не верит? Или это лишь уловка, чтобы было легче договориться с оборотнем? Вроде как цена, то есть, я, недостаточная ценность, чтобы принимать ради нее кабальные условия.

Прозвенел первый звонок, люди вокруг начали проходить к дверям, ведущим в зал. Там, где стояли мы, почти никого не осталось.

— Чтобы проникнуть в дом без моего согласия, нужно быть вампиром, или получить помощь от вампира, или же… воспользоваться артефактом, содержащим вампирскую кровь.

— Ни у одних вас есть древние артефакты, а твоей крови было предостаточно в том месте, где ты убил шестерых моих парней полгода назад, — пафосно произнес Раис, тут же меняя тему, — убил ни за что.

Что-то тут было нечисто. Я не могла успеть хорошо изучить Раиса за эти пару дней, чтобы понимать, где он врет, а где говорит правду. И, тем не менее, какое-то шестое чувство буквально кричало о том, что все на самом деле совсем не так.