Ваш ход, Маэстро!

Тот замер в нескольких шагах от «молодожёнов», но когда прозвучали последние слова благословения, лишь сказал:

— Поздравляю молодых. Простите за вторжение. И, госпожа, мы не от вашего отца. Прощайте!

Девушка снова прижала ладонь к лицу и едва заметно кивнула, будто у неё не было сил ответить. Оливер лишь головой покачал: ох лиса!

Когда незнакомец покинул храм, священник едва ли не бегом направился к дверям, а вот «жена» следователя повернулась к нему и хитро улыбнулась:

— Значит, вы спасли мою маленькую Теру? Думаю, это Коди на неё набросился.

У Оливера от изумления глаза на лоб полезли. Никогда ещё женщина не разговаривала с ним вот так. Не смотрела прямо, голос не звенел искренней смелостью, поза не выражала уверенность и силу духа.

Кто она?

— Стоп, — нахмурился он и, стряхивая наваждение, помотал головой. — Так та мелкая преступница — твоя подруга? Ты тоже воровка?

— А ты убийца полицейского, — рассмеялась она и неожиданно обняла его.

— Держи руки при себе, — отстранился Оливер. — У меня больше нечего брать. Твоя Тера постаралась.

— А это? — «Жена» с улыбкой показала ему пистолет. И как только умудрилась вытащить так, что он и не заметил?! — Должно быть, это улика, муженёк?

— Ты и сама знаешь, что брак такой же настоящий, как и священник, — отбирая оружие, недовольно проворчал он.

— А кто нам мешает сделать вид, что это всё реальность? — прошептала она, и Оливер мгновенно утонул в зелёных, как весенняя листва, глазах.

Девушка вновь обвила его шею тонкими руками и прижалась к его губам своими, мягкими и нежными.

— Это тебе за Теру. — Взяла его руку и положила ладонь на свою грудь. Оливер ощутил, как быстро и сильно бьётся сердце девушки. — А это за меня.

И в этот миг что-то внутри него щёлкнуло. Внезапно стало не так важно поймать графа именно этой ночью. Он сделает это, обязательно сделает! Но чуть позже. А сейчас...

Ритан приник к сладким устам своей ненастоящей жены и поразился, каким мучительно-медовым может быть обычный поцелуй.

Они целовались в церкви. Не переставали это делать и в вызванной повозке, пока извозчик насвистывал какую-то фривольную песенку. Оливер погрузился в неведомую до этого дня внезапную, сногсшибательную страсть и, забыв обо всём мире, внёс едва знакомую девушку в свой дом.