Факультет экспериментальной магии

Может, все пройдет минуток через десять?..

— Так и знал, что тебя нельзя оставлять без надзора.

Она подняла голову: Варг со скорбным видом возвышался над ней, как строгий отец над маленьким ребенком. Однако, что-то заметив, он опустился перед ней на корточки.

— Плохо? — Маруа кивнула. — Сердце? — Качнула головой. — Лучше бы тебе долечиться дома, под присмотром.

— Меня мама не пустит, пока не сниму значок… — прошептала она, когда ее бережно подняли с пола.

Положив ее руку себе на плечи, Варг обнял Маруа за талию.

— Это глупо.

— Мама строгая… — вздохнула она, уже слабо различая явь и сон, в который все больше утаскивало.

— Это уже не строгость, — возразил он тверже.

Маруа настолько захотелось возмутиться, что даже сон отступил.

— Откуда тебе знать! — фыркнула она.

— А действительно, откуда… — пробормотал тот.

Прозвучало это очень странно. Когда Маруа опустили на кровать в лазарете, она не отпустила руку Варга, который снова выглядел, как в первую их встречу.

— Я сказала что-то не то?

— Нет, — коротко ответил он.

Маруа подчинилась против воли: все равно ей казалось, что что-то не так, только она не могла понять, что. Зато, проснувшись, она увидела небывалую картину: рядом с кроватью сидели папа, мама и брат. И даже не ругались.

— Маруа! — Геари первая бросилась к ней и взяла за руку.

— Напугала ты нас, сестренка, — вздохнул Ладор, подходя с другой стороны кровати так, чтобы оказаться подальше от родителей.

— А я говорила, что учеба ничем хорошим не закончится! Тем более на таком факультете! — женщина гневно посмотрела на мужа.

— Мама! — вздохнула Маруа.

— Она уже сама имеет право выбирать, как жить. Но, Маруа, я спрошу еще раз. Та не хочешь вернуться домой? О штрафе не думай.

Фарлах Веум, пожалуй, единственный в семье боролся со своим желанием ее защищать.

— Если я сдамся сейчас, значит, всё было напрасно…

— Моя сестра! — одобрительно кивнул Ладор.

Геари прикрыла глаза, явно борясь с очередной отповедью, однако она быстро нашла, на что еще выплеснуть скопившийся гнев.

— Дочка, а ты не хочешь поговорить с бабушкой? — пальцы у матери хрустнули. — Тайлария давно хочет тебя видеть… Эта старая стерва обязана разжалобиться, когда ты посмотришь на нее честными глазами и спросишь, почему ты чуть не умерла из-за бездействия наблюдателей! В конце концов она к тебе всегда относилась сентиментально!

Маруа с тоской подумала о родственниках мамы. Впрочем, у нее со всех сторон родня была интересная.