Наследие снов

– У нас должна быть эта ночь, слышишь? Сегодня, прямо сейчас, я умираю без тебя, поняла? Ты сегодня принадлежишь только мне, а я – только тебе. И только так, я на другое не согласен, - он подхватил меня на руки. – Так что, Уна, пойдем ужинать.

Я прижалась к нему, не желая прекращать эту ночь, обрывать эти мгновения. Я хотела навсегда оставаться здесь, с этим мужчиной, с которым я, наконец, чувствовала, что живу, и, что больше никуда не нужно идти, потому что он и есть то, чего мне всегда не хватало. Казалось, он заполнил всю мою пустоту собой, и я стала цельной.

И, когда утром я проснулась в его объятиях, и увидела, что Кеку не спит, а рассматривает с нежностью мое лицо, то поняла, что дальше нам предстоит сделать то, о чем нам говорила Асаада накануне.

- Ты готова, родная? – спросил Кеку, поглаживая меня по плечу.

- С тобой я готова ко всему, - и мы поднялись навстречу новому дню и тому, что нас ждало за пределами сторожки.

Глава тринадцатая. Шаг в неизвестность.

- Ты должен превратиться обратно, слышишь? Ты слышишь меня, Ральф? – мой голос звучал громко и требовательно.

Уже больше суток Амаунет не могла добиться от волка, чтобы тот выпустил Ральфа. Это было нужно, чтобы произошел полный оборот, и волк признал хозяина. Без этого Эмонитас мог навсегда остаться волком и больше никогда не иметь человеческой ипостаси.

- Он не хочет выходить. Проблема не в волке, Ама. Ральф сам не хочет выходить. Он думает, что здесь его ждет одиночество, опасность и страх, - я слушал волка, положив ладонь ему на крупный лоб.

Амаунет всплеснула руками, усаживаясь на колени перед волком.

- Ральф, Ральф! Ты не один, слышишь? Я с тобой! Я теперь всегда буду с тобой, - она не знала, что ему говорить. - Какие слова правильные в этой ситуации? Что я должна сказать ему, чтобы он смог вернуться?

Я развел руками и сел у костра прямо на пол пещеры.

Птицы пели.

Где-то там, за пределами этого крохотного мирка, Хорус боролся за жизнь Аминт, Кеку с Уной приспосабливались к новой реальности, Нефтада занималась садом.

А я, Аха, единственный, кто мог договориться с волком, и вообще, с любой магической или необычной сущностью, сидел здесь, и пытался понять, как помочь двум мирам обрести друг друга.

Наверное, именно эта особенность помогла мне стать тем, кто я есть – единственным в своем роде человеком-альбатросом, странной генетической мутацией, очередным удавшимся экспериментом Асаады.

Нет, я никогда не жалел о том, кем я стал.