Наследие снов

Хотя, куда уж суровее, чем то, что сейчас происходило.

Я не сказал ничего такого, что бы могло вызвать такой гнев зверя.

Мне не нравилось то, что происходит. И этот совет старейшин, нелепая ситуация с переселением Уны сюда, на Светь. Какая чушь эта легенда с наследием! Хоть бы скорее Тьма сожрала этот глупый мир со своими бесконтрольными странностями!

Я почти не жил на Свети, проведя большую часть своей жизни в реальности, где все подчинялось моим правилам - правилам Радульфа Эмонитас, где я был царь и бог, и все, что мне требовалось, чтобы управлять людьми – это богатство, которое очень просто мне досталось.

Так мне казалось.

Но я не знал, что жизнь переселенцев со Свети в реальность подчинялась правилам и обычаям Свети. И моё богатство – это богатство моего клана, который имел большое влияние и в реальности тоже. Всё, чего достиг Радульф Эмонитас – было такой же частью Свети, как и я сам.

Волк бился и бился, и я никак не мог его успокоить. Уговоры не помогали, и, когда я осознал, что лежу один в пустой комнате, за окнами уже взошли две луны Яхи.

На лестнице послышались шаги, и в комнату зашел Руфус. Я едва видел его за пеленой боли и страха, которой было сковано моё тело.

- Ральф? Что с тобой? – он сел возле меня, положив мне на лоб прохладную сухую и крепкую ладонь. – Почему ты здесь один?

Я судорожно глотал воздух, не в силах ничего сказать. Волк пробивал себе путь, не реагируя на мои попытки что-либо сделать.

- Подожди-ка, - Руфус встал. – Рут! Рут! Быстрей сюда! – он позвал жену.

– Мне кажется, Эмонитас, у тебя что-то происходит с волком. Он хочет вырваться наружу, но у него не получается. Что случилось?

Рут появилась быстро, и склонилась надо мной – огневласая женщина, одна из тех, что покоряют сердца чёрных волков. Уна была очень сильно похожа на неё.

Это очень странно, что даже будучи в таком ужасном состоянии, в котором я находился, мой мозг фиксировал происходящее вокруг меня.

- Мне кажется, нужно звать Хролфа. Тут что-то серьезное. Разве у Эмонитасов бывают проблемы со зверем? – Она недоуменно смотрела на Руфуса, поглаживая меня по голове.

Муж пожал плечами. Я слышал их четко, но отвечать не мог, парализованный волком.

Хролф приехал верхом один. Спешившись, он быстро пересек двор и без стука вошел в дом. Я слышал, как он идет по траве во дворе дома, как хрустят камешки под его ботинками. Руфус перенес меня на диван у камина на первом этаже. Я лежал в поту, старательно экономя силы и контролируя вдохи и выдохи.