Ведьма на двоих гадала

И что он ко мне привязался? – Применить иллюзию, чтобы затем незаметно забрать камень.

Он серьезно? Иллюзию?! Я даже не могла придумать, чем ответить на такое нелепое обвинение. Просто стояла и глазела на Плесси, который почему-то меня ненавидел.

– Вы всерьез полагаете, что курсант Альба способна на такое? – со смехом спросил Кельн.

Пусть он и прав, но с его интонацией это выглядело довольно унизительно. Неужели зеленоглазый так низко ценит мои способности?

– Все мы были свидетелями сотворения фантома для победы над горгульей.

– Вы о той жалкой попытке, которую мисс Альба не смогла удержать даже минуту? – Кельн прошелся вдоль стеллажа, погладил рукой место иллюзии. – Эта магия сильнее и искуснее. Вам ли это не знать, профессор?

Глаза Плесси округлились от возмущения. Мужчина вначале покраснел, затем часто задышал, стараясь взять под контроль свой гнев. Маг не привык, что кто-либо разговаривает с ним подобным образом. Зная вспыльчивый и скверный характер иллюзиониста, с ним предпочитали не связываться даже преподаватели.

– На что вы намекаете, Кельн? – скорее выплюнул, чем проговорил Плесси. – Уж не я ли с помощью иллюзии спрятал артефакт?

– Смею надеяться, что профессор магии не станет опускаться до такой низости, – спокойно ответил зеленоглазый.

Обстановка накалялась до предела. Небольшая стычка угрожала перерасти в конфликт. А этого ректор допустить не мог, особенно на территории хранилища с редкими и древними ценностями.

– Что ж, – взял он на себя роль примеряющей стороны, – раз преступления не было, значит дело можно закрыть. Мисс Альба, можете быть свободны.

Дважды просить себя я не заставила. Нужно поскорее убираться, пока кто-то из них не передумал. А преподавательские распри не моих ушей дело.

Покидала комнату я под пристальным вниманием Кельна. Что-то необычное было в его взгляде. То, чего раньше никогда не замечалось в холодных зеленых глазах. Что-то очень легкое, еле заметное, но похожее на… на улыбку?! Может мне показалось? Да нет же, точно.

Я выскочила в коридор, утвердившись в двух вещах: Кельн не так безнадежен, как думалось вначале, и у меня появился довольно сильный враг, которому кто-то помогает. Не могли Крафтинес сами провернуть это дело, а то, что они приложили к этому руку, я уверенна.