Один поцелуй до другого мира

Но тут орки приняли какое-то решение.

Массивные ступни выросли перед глазами Ивы, и она зажмурилась, ожидая, что сейчас на голову ей опустится топор, но вместо этого орк схватил ее под мышки и поднял. Лита, Лиора, Ниола, Ксандор — все стояли на ногах. Ива видела, как бледны эльфийки, но понимала, что даже перед лицом гибели они не станут умолять о пощаде. Ох уж этот гордый лесной народ.

— Ты! — орк, занявший место предводителя, указал на Иву. — Зачем кричать нет? Зачем говорить: так нельзя? Зачем защищать Тхеши?

Ну и вопросы на больную голову! Если бы Ива сама знала ответ! Она молча развела руками: «Потому что…» И орк, несмотря на то, что представителей этой расы всегда считали туповатыми, кажется, понял.

Ива уже сомневалась в том, что орки на самом деле глупы. Просто кое-кто (Ива хмуро посмотрела на эльфиек) слишком горд для того, чтобы это признать.

Предводитель приблизил свое лицо, которое казалось вытесанным из камня, к лицу Ивы и произнес так, чтобы она поняла:

— Мы вас взять в заложники.

Мы говорить с повелитель Тиомар. Важное дело.

Фух! Даже пот выступил от облегчения: неужели не убьют?

— Но ваш кана быть мертв.

— Что? — Иве показалось, что она ослышалась.

— Кана! — орк ткнул топорищем в плечо Ксандора. — Мертв! Вы — жить!

Ива посмотрела на лучниц. Что она надеялась увидеть на их лицах? Может быть, подсказку, которая помогла бы принять верное решение? Но эльфийки стояли, высоко подняв головы. Уставшие, бледные, но не сломленные.

— Нет! Мы умрем вместе! — сказала Лиора.

— Повелитель не станет с вами разговаривать.

И ведь умрут! Умрут…

— Я сама убью его! — крикнула Ива.

— Ах ты… — прошипела было Лита, но лапища орка зажала ей рот.

— Сама? — удивление пробилось в голосе предводителя. — Ты его не любить.

— Я его не любить! — подтвердила Ива. — И я долго ждала этого момента.

Ива посмотрела прямо в глаза Ксандора. Она видела красивого эльфа, но не только. Ей показалось, что зеленые глаза на мгновение сделались серыми. И выражение лица невозможно было перепутать — это был тот самый человек, которого она ненавидела всей душой.

Человек, охваченный фанатичной ненавистью к алым жрицам. Человек, который не сомневался в своих решениях. Безжалостный и бесчувственный префект.

Орк ухмыльнулся и перепилил веревки лезвием топора, а после протянул его Иве.

— Нет. У меня свое оружие.

Секунда — и в руке Ивы возник кинжал. Он будто знал, что наступило его время: лезвие горело ровным, уверенным светом.