Один поцелуй до другого мира

Сундук был заполнен странными вещами. В одном его отделении лежал черный цилиндр, трость, обмотанная серебристой бумагой, кое-где измочаленной, так что просвечивала древесина, шкатулки, чьи крышки украшали незнакомые символы, ленточки, прутики, какие-то шары из мягкого материала. В другом отсеке лежали предметы более-менее знакомые, но все же непривычные. Шляпки ярких цветов, перчатки, украшения. Ива заметила белье из материи настолько тонкой, что оно, вероятно, ощущалась как вторая кожа. Белье оказалось разноцветным, с нашитыми бусинами и блестками.

В откинутой крышке, как в шкафу, расположился черный фрак и два платья — одно алое, другое изумрудное. Глубокий вырез декольте, разрезы на бедрах и подол, украшенный перьями: эти платья явно не для повседневной носки, а для…

— Мы артисты! — догадалась Ива.

Ксандор вытащил цилиндр, брезгливо повертел его в руках.

— Дожил! — проворчал он.

Ива знала, что в Аланке бродячих артистов не жаловали — в отличие от Сфоридиса, где процветали все виды искусства. Люди попроще приглашали на празднества странствующие труппы актеров, люди знатные предпочитали украшать вечер изысканными выступлениями алых жриц.

Ива посмотрела с вызовом:

— Если судить строго, я всегда была актрисой. Ты что-то имеешь против?

— Как и моя мать, — ответил он, обезоружив Иву этим признанием.

Она наклонилась, пряча смущение, начала перебирать вещи.

— Вот только я даже представить не могу, чем ты занимался, — призналась она.

Ксандор тем временем дернул за кончик платка, и за одним лоскутом ткани потянулись следующие. Терпение префекта закончилось прежде, чем бесконечная цепочка атласных платочков, и он, хмыкнув, затолкал их в угол сундука.

— Разберемся позже.

Ива и Ксандор, оставив сундук, распрямились и снова посмотрели друг на друга.

— Итак… — сказала Ива.

— Итак, — подхватил Ксандор. — Роб должен быть где-то здесь.

Ива закрыла глаза, чтобы ничто не отвлекало от внутренних ощущений. Алые жрицы чувствуют родственную магию: если возлюбленная Роба где-то поблизости, Ива должна это понять. Плохо, что такой «компас» не давал представления о расстоянии или направлении.