Один поцелуй до другого мира

Правитель Сфоридиса Юрген Бесстрашный поссорился с королем Аланка: якобы сына короля хотели убить во дворце правителя Сфоридиса, и с тех пор он болен неизвестной болезнью.

На самом деле все понимали, что истинная причина заключалась во властолюбии короля Аланка, Роберта Пятого Грозного. Страны, входящие в Конфедерацию, сохраняли свою суверенность только на бумаге. Они давно превратились в вассалов Аланка. До сих пор сопротивлялся лишь Сфоридис. Но, видно, недолго ему осталось — города сдавались один за другим, армия правителя отступала под натиском войск Конфедерации.

Скоро падет столица, и прежнему миру настанет конец.

*** 4 ***

— Как тебя зовут? — вывел Иву из задумчивости голос префекта.

Голос прозвучал сухо, казенно, будто вовсе не имя его интересовало, а что-то другое. Ива подняла голову и увидела, что он смотрит на амулет на своей груди. Казалось, что рубин светится сам.

— Ива, — ответила жрица.

Не было надобности таиться, и для плана лишняя откровенность не повредит.

Рубин в амулете полыхнул ярким огнем, Ива невольно отступила на шаг, вдруг догадавшись: это тот самый артефакт, что помогает префекту выслеживать и убивать таких, как она.

— Да. Это ответ на твой невысказанный вопрос. И да, ты не врешь, — сказал мужчина.

Так вот оно что — это была проверка. Амулет не только указывал на алых жриц, но и помогал своему хозяину отличить правду от лжи.

— Откуда он у тебя? — не сдержалась Ива.

И получила в ответ лишь быстрый взгляд прищуренных глаз.

— Вопросы здесь задаю я. Присядь.

Ива огляделась в поисках стула или скамьи, но, похоже, единственным стулом был тот, на котором сидел сам префект.

— Куда?

— На колени, — префект явно забавлялся ее растерянностью.

«Соберись, соберись! — приказала себе Ива. — Ты не должна смущаться. Ты должна очаровывать!»

Ей, привыкшей к почитанию и уважению, нелегко было осознать, что сейчас она бесправная пленница. Смертница. Ее сбивало с толку то, что префект казался разумным, хоть и не самым приятным, человеком.

Но тот факт, что он до сих пор не ударил ее, не заставил раздеться и отвечать на вопросы обнаженной, еще не о чем не говорил. Он мог сделать это в любой момент. Впрочем, как раз приступил.

План, который они придумали вместе со старшими сестрами, начал рассыпаться на глазах. Префект должен сам захотеть ее поцеловать! Но он ни за что не поцелует жалкую, униженную пленницу.