Ри Эль в академии Катастроф

– Я — кхе! – понятия не имею, – кхе! – как ректор его вычислил. Честное слово!

– Если не честное, – сказала Джессамина, демонстрируя кулак, – ты у меня получишь.

Она сгребла с подноса сформировавшийся артефакт, предварительно завернув его в какую-то тряпку, и потянула Ми Ра Ниля за собой.

– Надо поговорить.

Профессор двинулся следом, как послушная овечка. Словно и в убежище не он хозяин и, вообще, сам себе не принадлежит. Растерял весь свой запас гордости и упрямства. Наверняка при падении знатно ударился головой.

– Ты знал, что Ри Эль должна будет умереть? – с места в карьер спросила Джессамина, наставив на него указующий перст.

– Да что я, изверг, что ли? Я, между прочим, ее люблю! – возмутился Ми Ра Ниль.

Ри Эль при этих словах ощутила, как к щекам приливает жар, и присела на обтянутую крепом софу.

– Подробности можно опустить, – сказала Джессамина. И собралась было продолжить допрос с пристрастием, как в камере внезапно «ожил» Иамир.

– Ничего вы не понимаете, тупицы! – вякнул он оттуда.

– Заткните ему кто-нибудь рот, а? – прозвенел раздосадованный голос.

В профессорском подземелье, несмотря на предпринятые меры, обнаружился Бриз О-Шен в образе прекрасного, чуть рассерженного юноши.

– Ты ж мое стихийное бедствие! – обрадовался он, увидав Ри Эль. И бросился к ней как на крыльях. – А я гадал, что с вами со всеми приключилось! Этот, – Ветер с неприязнью указал на Иамира, – всю дорогу пытался мне угрожать.

– Эй, ну позвольте! – возразил из камеры Иамир. – Я даже толком поиздеваться ни над кем не успел! Вашу избранную не прикончил. Так не честно! По закону жанра, вы сейчас обязаны страдать! Вы, а не я!

Джессамина метнула в него испепеляющий взгляд.

– Кхм, профессор, уважаемый… А у вас нет более подходящего для переговоров помещения? Ректора бы вашего с глаз долой.

Ми Ра Ниль с готовностью нажал на кнопку в стене, и проход плотно запечатался биоматерией, как паутиной. Сперва соткался один слой паутины, затем второй, третий, четвертый. Пока не образовалась сплошная белая и невероятно прочная (а также звуконепроницаемая) мембрана. Клетка с ректором осталась за ней.

– Так лучше?

– Самое оно, – кивнула Джессамина.