Фея (не) против любви

Может мне стоило остаться на поляне и ждать его там, но одной на открытой местности мне было еще страшнее.

– Ратмир, – еще раз осторожно позвала я, снедаемая внутренней дилеммой. Позову тихо, хмырь не услышит, позову громко, могу накликать беду.

– А-а-а, – вскрикнула от неожиданности, когда от соседнего дуба вдруг отделился парень.

Не совсем верное определение, ведь еще мгновение назад он и правда был частью дуба. На его плечах еще сохранились разводы, напоминающие древесную кору, но и они быстро исчезали, оставляя после себя лишь гладкую смуглую кожу.

– Извини, не хотел тебя напугать, – смутился юноша, забавно подергивая ушами. А они у него были очень даже примечательные. Большие, заостренные, торчащие из густой темный шевелюры в разные стороны и кого-то напоминающие… – Меня зовут Казь, – представился он первым.

– А меня Капель.

– Ты фея? – спросил меня мой новый знакомый.

Я утвердительно кивнула в ответ.

– А ты леший? – вернула ему вопрос и тут же парень кивнул и горестно вздохнул, будто бы не радый своей участи.

Он снова прислонился к дереву. Те участки его кожи, что прикасались к коре, становились темнее и на них снова появлялись разводы, словно бы он становился частью ствола.

– Я ищу Ратмира, может ты видел его? – понадеялась я на помощь.

– Хмыря? – переспросил Казь, как-то странно на меня поглядывая при этом.

– Да, его самого, – неуверенно ответила я. – Мы не вместе. Мы просто... Мы вчера… – вдруг взяло верх мое подсознание, выдавая вслух какую-то нелепицу.

Я замолчала, думая о том, кто меня вообще за язык тянул и что за мысли приходят в мою беспокойную голову.

Мы не вместе что? Помидоры на зиму солим? Леший улыбнулся одними уголками губ и благо не стал расспрашивать о большем.

– Где мы сейчас находимся? – спросила я, пытаясь взять себя в руки.

– У Черной топи, – машинально отозвался мой собеседник, задумчиво вглядываясь вдаль между деревьев.

– Что?! – оторопела я. – В черной топи?

Шестеренки в моей белокурой головушке закрутились, заставляя ее наполниться мрачными мыслями.

Это что же получается, вместо того чтобы идти в Альмиру, мы возвращались назад, и вместо того, чтобы ночевать в теплом доме, мы спали на земле. А сейчас не удивлюсь, если гадкий хмырь преспокойно себе сидит в теплом срубе, а я тут прозябаю от утренней прохлады.

– Где он? – руки сами сжались в кулаки, требуя немедленной расправы или мести.

– Кто? – немного опешил от моего внезапного порыва леший, оторвав наконец свой взгляд от видимой ему одному точки.