Скрытый колдун рода Лаурус

— Это что, торт?!

— Сладости!

— Мы будем пить чай?

— У кого-то день рождение?

— Нет. Это мой вам подарок в честь окончания первого полугодия, — произнес Лавр, кивком головы поблагодарив Валериану, пока та направляла блюдца и чашки к детям. — Постарайтесь не испачкаться. Помните, что у вас сегодня еще пара занятий.

Но ученики его уже не слышали, все их внимание приковали к себе блюдца с кусочками кремового торта.

— Спасибо, что не отказали в просьбе, — сказал Лавр Валериане. — Мне хотелось хоть чем-то их обрадовать.

— Пустяки, — отмахнулась колдунья, наблюдая за тем, как девчонки и мальчишки, пачкали пальцы в жирном креме. — Видеть счастливые лица детей самая ценная для меня награда. Кстати, там кое-кто хотел бы с тобой поговорить.

— Кто?

Лавр взглянул в коридор через открытую дверь.

— Иди-иди, не спрашивай. Я пригляжу за малышней.

К слову сказать, его ухода ученики, поглощенные сладостями и чаем, не заметили.

А в коридоре, сложив перед собой руки, стояла Петуния.

Глава 19

Попросив Лавра следовать за ней, Петуния направилась по академическим коридорам в сторону преподавательского крыла, и Лавру не оставалось ничего другого, кроме как молча следовать за ней, гадая, для какого разговора она захотела поговорить с ним наедине.

Будучи приятной в общении женщиной и прекрасным преподавателем, Петуния всегда вызывала доверие у своих учеников. Даже у Лавра, числившегося в рядах ее учеников не так уж и долго, Петуния вызывала чувство трепетного восхищения. К тому же — не стоило об этом забывать — на экзамене в Министерстве лишь благодаря ей Лавр смог перескочить с теоретического этапа на практический.

Лавру все еще было стыдно за свой провал.

— Проходите и присаживайтесь в кресло, Лавр, — произнесла Петуния, открывая дверь своего кабинета. — Я заварю нам чай.

— О, не стоит… — Лавр попытался отказаться, в его голосе проявилась присущая ему в подростковые годы дрожь.

Петуния отмахнулась от него, приступая к заговору небольшой конфорки у окна, и, закончив стих, сказала:

— Не настолько, чтобы не суметь поставить чайник на огонь.

Пользуясь случаем, Лавр решил оглядеться, продвигаясь вглубь кабинета, к тому самому креслу, которым в ближайшее время он мог распоряжаться по собственному усмотрению.