Скрытый колдун рода Лаурус

А после обращала на вас внимание каждый раз, стоило только вам попасться мне на глаза.

— Вряд ли наблюдать за мной было интересно…

— Довольно скучно, — согласилась колдунья. — Вы были словно птенчик, забитый более юркими собратьями, вечно сидели по углам и не смели поднять с пола взгляд.

Уголки губ Лавра еле заметно дернулись.

Вот значит, как он выглядел в чужих глазах.

— Встретив вас в Министерстве я не поверила увиденному!.. Вы так изменились за эти годы, что я не сразу вас признала.

— Я не так уж и сильно изменился…

Лавр нервно провел рукой по волосам.

Ему стоило признаться хотя бы самому себе, что он действительно изменился. Во всяком случае он редко теперь опускал глаза в пол, не боялся говорить с незнакомцами. Наверное, незаметно для самого себя, он все-таки стал взрослым. Но в глазах Петунии оставался все тем же конопатым мальчишкой с последней парты.

— Профессор, — Лавр выпрямился, насколько это было возможно, сидя в таком мягком кресле, — к чему весь этот разговор? Душой чувствую, что неспроста.

Петуния поджала губы.

Если до этого момента Лавр и сомневался в том, что у его бывшего профессора, а ныне коллеги были какие-то скрытые мотивы, то сейчас он в этом убедился.

— Как я уже сказала, не поймите меня превратно, Лавр, — выдохнув, наконец произнесла Петуния, — мною движет лишь беспокойство о вас. Я нисколько не лукавила, когда сказала ранее, что, увидев вас в Министерстве, не сразу признала в вас того самого мальчика, что однажды вошел в мою аудиторию и молча протопал к последней парте.

Петуния взяла в руки чашку. Вдохнула сладковатый аромат и, сделав небольшой глоток, блаженно прищурилась от удовольствия.

— Конечно же с того дня прошло много лет и я практически не вспоминала о вас, пока вы вновь не предстали передо мной, но уже возмужавшим и окрепшим молодым мужчиной. Право, в голове тогда мелькнула мысль: «Как же Министерство способно закалить дух». Потом на экзамене, сквозь всю эту колдовскую пелену я вновь увидела знакомого мне мальчика, волновавшегося и путающегося в собственных словах.

Нехотя, Лавр признал, что сбился десять раз.

— Он еще и считал!.. — не то возмутилась, не то удивилась Петуния его ответу. — Но я веду не к этому, Лавр. Пусть стоявший перед нами колдун и сбивался, нервничал, путался в словах, он определенно намеревался сдать экзамен и стать исследователем.