Сердце Молнии

Но, – он провел носом по её волосам, и девушка сморщилась от неприязни, почувствовав возле уха его угрожающее дыхание, – ты так мило настаиваешь, что я, пожалуй, прислушаюсь. Сначала я закончу с тобой. Потом – с ним. Пусть нао насладиться тем, как ты становишься моей.

Рэйну пробила сильная дрожь. Без меча и собственной магии она была не способна справиться даже с рядовым агмару, не говоря о Фиеле и четырех Нефелинах, что держали в заложниках Оина.

До последнего сдерживаемые слезы, покатились из её глаз двумя ровными дорожками.

– Ну, ну-у… Ты вроде не из неженок, – почти мягко произнес Фиел, вытирая её мокрые щеки, как если бы успокаивал расстроенное дитя. – Когда всё будет кончено, я разрешу тебе забрать его голову.

Нефелины прижали Оина к скамье, которую успели подтащить в качестве импровизированной плахи, и повернули его так, чтобы он смотрел.

Пережить такое было выше его сил. Оин надеялся, что у него остановится сердце, чтобы только не видеть, как Рэйна достанется Фиелу, который уже занес над ней клейнод, готовый стереть метку связи и поставить на её место брачное клеймо.

Когда клеймо коснулось метки, та в последний раз полыхнула изумрудным и все защитные барьеры Рэйны разом пали. Все её чувства вырвались на свободу и ударили прямо в Оина. Казалось его раздавит этой волной, уничтожит прежде, чем им займется Фиел. Его будто парализовало. Он не чувствовал ни тела, ни мыслей, только оглушающий стук сердца в груди. Удар за ударом. Сильнее. Громче. Пока он не перерос в отчаянные раскаты грома…

Никто не понял, как это произошло… Ослепленные зеленой вспышкой Нефелины отлетели от Оина в разные стороны.

Оин слышал чьи-то крики, слышал, как стороны входа раздались новые голоса и громкий топот ног. Но ослепнув от вспышки и не мог разглядеть, происходящего. А затем рухнул на пол, опустошенный и обессиленный.

Последнее, что донеслось до его слуха это отчаянный крик Рэйны.

– ПАПА! МУНЕ НО МОИ-И! – завизжала она на неузнаваемом им языке и закрыла его собой.

Но прежде, чем Оин узнал, как всё закончится, для него наступила темнота.

Глава 24

Тот Мир оказался не таким праздничным, как Оин себе представлял. Он думал, что умерев, окажется в цветущем саду или хотя бы в месте вроде гостевой Несс, где он мог бы бесконечно наблюдать за небом.