Ледяные Зеркала

Райвиэлль примчалась на зов брата с такой скоростью, словно за ней гнались самые жуткие чудовища и даже ледяные демоны, что служат Неотвратимой Погибели.

– С ума сошли! – эльфийская ведьма испуганно отпрянула от «подарочка», бормоча себе под нос отвращающие беды и смерть заклятья. Потом она взяла монетку щипцами и велела надтреснутым от ужаса голосом. – Расплавь серебро и кинь туда несколько амулетов от магии тёмного льда. Потом макнём в расплав сомнительный дар Геаранны. Внешне он не изменится, но колдовство, призванное погубить всех обитателей Лунных Серебряных Гор, развеется, не причинив никому вреда.

Ювелир добавил кое-какие плетения и от себя. По роду работы он частенько сталкивался с древними амулетами. Многие из них могли быть очень опасны для любого, кто попадал в сферу их влияния. Щипцы колдунья велела бросить в горн и расплавить, от греха подальше.

– Будь очень осторожен, Дин. От того, как ты пройдёшь своё единственное испытание, Солейра примет решение, достоин ли получить шанс, чтобы оказаться среди кандидатов в Финальном Выборе.

Если ты провалишь его, разобьёшь Беренике сердце. Не забывай об этом ни на миг, – и она снова склонилась над обезвреженной монетой, шепча заговоры, проклятья и посыпая находку брата порошками, благоухающими горными цветами и травами.

Синеглазый эльф помрачнел, он чувствовал, как кто-то или что-то притупило врождённое чутьё. Хотя опасность от золотого кругляша уже никому не угрожала. Он закрыл дверь за родственницей и вернулся к заказам. В последнее время, учитывая, что в Тавирре было совсем неспокойно, услугами амулетчиков пользовались все.

Вне зависимости от того, к какому народу принадлежали те, кто искал защиты от лихолетья.

Услышать дрожащий от волнения голос «Береники» он оказался не готов:

– Они, они будут пытаться погубить тебя. Потому что я оказалась слишком сильной и устояла перед всеми искушениями, – мне было жутко смотреть на своё полное подобие.

Морева под искусной личиной даже двигалась так, что отличить подделку оказалось невозможно.

Порадовалась, что проклятая монета больше не может повлиять на ход испытания. Невольно испугалась за своего суженого. Слишком хорошо понимала, что чутьё и дар сейчас ему ничем не смогут помочь.

Полной же уверенности в том, что Кильдин испытывает в моём отношении любовь, а не мимолётную страсть, у меня не было. Она сгорит также быстро, как спичка. Такой огонь никогда не поможет создать семейный очаг и гореть до тех пор, пока мы оба будем живы.