Ледяные Зеркала

Почему со мной происходило именно так, не понимала, но твёрдо помнила предупреждение Солейры: «Дар и чутье можно провести с помощью чар. Душу и сердце – нет. Никогда не забывай об этом, дитя моё, иначе быть беде!».

Решила, что подыграю нежданному гостю. Поэтому ни отстраняться, ни, тем более вырываться не стала. Просто стояла рядом, пытаясь разобраться, что же так сильно меня раздражало. Точно мелкая заноза, что засела в подушечке указательного пальца.

– Не переживайте, Кильдин. Со мной всё в порядке. Остался всего один мир с его испытаниями и Финальный Выбор.

– Ника, – тихий голос прозвучал очень тихо ласково, но я, отчего-то почувствовала всё возрастающую настороженность. Точно мой собеседник куда-то спешил и не желал, чтобы кто-то неожиданно вмешался в наш, отчего-то, неправильный тет-а-тет. – Ника… – губы едва коснулись моих в мимолётном поцелуе.

Только вместо желания раствориться в тёплых объятиях, захотелось бежать к ближайшему Ледяному Зеркалу. Я непроизвольно сжала в руках серебряный амулет. Его подарил мне похитивший моё сердце ювелир с глазами цвета вечернего неба.

Почти сразу же почувствовала, как ослабляющие мою бдительность чары спали, точно пелена.

Сделала вид, что поверила собеседнику. Улучила момент, когда тот отвлёкся, явно раздумывая, как лучше поступить. В это мгновение выскользнула из кольца рук и помчалась туда, куда подсказывали способности.

– Куда ты? Стой, Ника. Или ты настолько ветрена, что предпочла мне Изначального? – насколько этот человек был не похож на моего любимого Кильдина.

Эльф не стал бы ревновать и принял бы любое моё решение. Даже если бы предпочла ему Калева, Радыню или кого-то другого.

Лишь на мгновение притормозила у Двери в восьмой мир, но сразу поняла, что меня ухватили за нижний край куртки. Потом до моих ушей донеслось полное гнева рычание, больше подобающее дикому зверю, а не человеку:

– Куда же ты, радость моя? Я тебя, пока что, не отпускал… – не стала ничего отвечать, только торопливо воевала с деревянными пуговицами.

Этот голос я узнала сразу.

Лучше было простудиться и остаться без добротной верхней одёжки, чем попасть в руки к Начальнику стражи Тавирры. Тот явно решил опозорить меня, добившись своего грубой силой. Вот когда пожалела, что всегда аккуратно пришивала застёжки. Петли были ещё туговаты, а оторвать кругляшки из светлого ясеня никак не получалось.

Не глядя, лягнула преследователя. Попала, видимо, аккурат, в коленную чашечку. Сияр охнул от неожиданности и чуть ослабил железную хватку.