Эриол. Великая самозванка

Когда он отстранился, у Рус вырвался стон явного разочарования. Ей впервые было так приятно рядом с мужчиной. В этот момент она почти забыла, что он – её хозяин. Что он единственный, кто имеет право сделать ей больно.

Почти не понимая, что делает, Рус сама потянулась за поцелуем. А Кай ответил, будто только этого и ждал. Дорвавшись до таких желанных губ девушки, он вообще перестал себя сдерживать. Целовал её так, будто она была его личным эликсиром вечного счастья. Самым важным и самым приятным напитком на всём белом свете.

Вероятно, его губы и язык были насквозь пропитаны магией, потому что теперь реальность окончательно ускользнула от Рус. Она чувствовала, что медленно растворяется в этом мужчине. Сама цеплялась за широкие плечи, гладила его волосы и прижималась так, словно от этого зависела её жизнь. Когда же он снова опустился с поцелуями к её шее, состояние девушки подобралось к критическому.

- Кай, - прошептала она, млея от удовольствия.

И в этот самый момент, всё неожиданно закончилось.

Это был первый раз, когда Рус так легко и по своему желанию назвала его по имени. И ему бы радоваться, но… Было слишком странно видеть Эриол, слышать её голос, чувствовать на губах вкус её поцелуя, и понимать, что это совсем другая девушка. Фальшивка.

- Прости, - сказал Кай, мягко отстранившись. – Я увлёкся. Не стоило.

Его голос звучал отрывисто и несколько отстранённо.

- Ложись спать, Рус.

И вышел, не оборачиваясь.

Растерянная Рус ещё долго смотрела на закрытую дверь, не в силах понять, что же сейчас произошло. Она не знала, радоваться ей или плакать. И пусть с одной стороны своим неожиданным уходом хозяин фактически пощадил её драгоценную девственность, но почему-то девушка была уверена, что об этом он подумал бы в самую последнюю очередь. Значит дело в другом. А если быть точной ‒ в другой.

Рус фыркнула, снова повернулась к зеркалу, выпрямила спину и вскинула подбородок. Но в отражении больше не было скромной и забитой рабыни, теперь там отражалась королева. Именно такая, какой её пытались сделать Кай и Камиль. Сильная, гордая, явно опасная. И глядя на такую себя, Рус жалела только об одном, что это всего лишь маска.

Камень на тонкой цепочке приятно холодил кожу, отвлекая от неприятных мыслей. Это была первая драгоценность в её жизни.