Эликсир

Девочка, увлеченная целым миром внутри нескольких сотен страниц. И снова это напомнило маму. И Бекки очень похожа на нее. Продолжение человека — его дети.

Безусловно страницы книг не могли пахнуть, как в двадцать первом веке, но имитация нам удавалась лучше всего. Мама заказала целую библиотеку. Пять лет ребята из отдела IT компании отца восстанавливали литературу из прошлого и собрали нам огромную семейную библиотеку, стоявшую целое состояние. Мама проводила там больше времени и говорила, что бесконечность она обменяла на эти книги.

Общество ее осуждало за такой поступок, считая капризом. «Жена влиятельного общественного деятеля и крупного бизнесмена Бена Уолтера переходит границы общепринятых норм, потакая своим желаниям», «Мелисса Уолтер продолжает коллекционировать странные привычки». Желтая пресса взрывалась от желчных комментариев, но мама пребывала в спокойствии и улыбалась каждый день. Даже Канон не остановил возмущение людей.

Для ребенка нет ничего важнее уютной атмосферы, царящей дома. Мама, переставшая плакать, снова возвращалась к жизни.

Бекки повернула голову, ее глаза округлились от радости. В миг она соскочила с места и бежала ко мне. Я раскрыл объятия, чтобы поймать ее. Она уже не та легкая малышка, но все же лелеять ее как маленькую я буду всегда.

— Брат… когда ты пришел? — Она уже висела на моей шее. Из дома выбежала Лаурия. Вскоре она с силой прижалась к нам, а волна отшатнула меня немного, и мы смеялись в голос и хором.

— Привет, Шон.

— Мои малышки, привет. — Мы направились к дому. — Ты была похожа на маму, когда сидела на газоне.

Бекки с широкой улыбкой смотрела на меня и прижималась к моему локтю.

— А я что, не похожа на маму? — Лаурия надула губки.

— Ты папина дочка, — отозвалась Бекки.

— Да, но я тоже похожа на маму.

— И на маму и на папу, — кивал я. Лаурия удивительным образом сочетает в себе папин взгляд, мамины глаза, папин высокий рост и мамины формы рук и ног.

Солнце уже клонилось ко сну, красный закат был завораживающим из крыльца родительского дома. Мы приступили к традиционной вечерней трапезе в середине недели. День семьи, разве он может быть иначе, чем теплым? Два места пустует рядом с нами, но Лаурия постоянно оставляет две пустые тарелки.