Эликсир

Громко, но я хотел бы выразиться громче. Бог не ошибается, посылая нам верных друзей.

Эликсир превращал меня в другого человека, если других он лишал эмоции, то со мной играл в злую шутку, обостряя все органы.

— Юху-у-у! — вскликнул я, снимая шлем. Я вспотел до трусов, а грудь вздымалась от полученной порции бешеной радости. Мэтт был не менее возбужден, но если учесть, что он в адекватном состоянии в отличие от меня, то он чувствовал чистый адреналин.

Снова к финишу приехали одновременно. Эл и Джи обрели формы роботов.

Они, не торопясь шагали по улице, не отставая от нас. Очередная победа отдана дружбе.

Отдышавшись, Мэтт принялся рассматривать мои зрачки.

— Не нравится мне твое поведение, — вздохнул он.

— И мне, — согласился я. — Завтра пойду к тебе, пройду обследование.

Легкие горели, но кровь постепенно остывала.

— Обязательно заскочи в клинику.

— Ага! Пойдем, переоденемся. — Мы стояли возле моего дома.

— Еще успеем пообедать вместе.

— Предлагаю пообедать вне дома. В таком состоянии стены будут давить на меня.

— Я перевел взгляд на раздражающий баннер соседа. И несмотря на сопротивление вновь и вновь читал текст на баннере.

Эл открыл дверь и замер в ожидании нас. Прохладные комнаты остудили нас. С порога Эл ушел хлопотать в гардеробной и через минуту вернулся со свежей одеждой для меня. Джи вернулся из аэро-универсала Мэтта с его вещами.

— В гостевой ванной прими душ, — предложил я и поволок тело в свою ванную.

Через сорок пять минут мы стояли у входа в ресторан «Улло».

Не осталось и следа от гонки, будто я весь день провел в расслабленном состоянии. Легкая лень расслабила мышцы, отчаянно желал лечь и уснуть крепким сном.

— Вторая половина дня обещает быть скучной, если я буду пребывать в таком состоянии, — заявил я, когда официант ушел от нас с заказом. — Два дня не был в офисе, должно быть накопились отчеты.

— Это скукота, — согласился Мэтт. — Я тоже не люблю собрания и документацию. По мне так проводить операции и общаться с пациентами.

Перед глазами всплыли образы врачей, наклонившихся над операционным столом, затем кровь потекла по краю стола, и струя еще теплой крови полилась вниз.

Я встрепенулся и ощутил резкую смену эмоций. Снова понеслось. Нет, я приглушу все это. «Не позволю!» — протестовал своему организму.

— Не любишь собрания... Хм. Мне это говорит самый востребованный нано-хирург нашего города, который полжизни проводит на собраниях и консилиумах.

— Вот, поэтому и не люблю, что сыт по горло ими.