Призыв - дело серьезное. Огонь моих крыльев

Интересно, а можно ли проклинать на что-то полезное? Возможно сделать, к примеру, «проклятие отличной учебы» или «непрерывного карьерного роста»? А что будет, если каждую волосинку проклясть мгновенным выпрямлением? Хмм…

Подруга тем временем пытается напоить водой незадачливого ведуна, снова напоровшегося на одно из ее экспериментальных проклятий. 

— Это надолго? — сдавленно интересуется Рыжий.

— На несколько часов, полагаю. Я никогда не делаю такие вещи постоянными, — ответ Гейл звучит не слишком уверенно.

— Зачем тебе вообще это понадобилось именно сегодня? — злится артефактор.

Растерянная как никогда Гейл заламывает руки.

— Рыжий, ты это… прости. Сама не знаю, что нашло. Решила что-нибудь эдакое сотворить перед… Перед расставанием. Головокружительное. Чтобы запомнилось…

На этом месте смеется даже Жак, впиваясь от хохота зубами в спинку дивана и пытаясь неловко утереть об нее слезы на глазах. Выглядят его попытки нелепо и странно, отчего наш смех только получает новую подпитку.

Когда в дверь снова стучат, мы даже неспособны внятно ответить. Арес Дарро входит без спроса, словно никаких защитных заклятий на нашем блоке отродясь не бывало. И первое, что он видит — рыжий затылок Жака, сидящего на диване.

— Ромпец! — вздрагивает светлый, подавив инстинктивное желание отступить на шаг.

Слово незнакомое, но явно ругательное, это и йарху понятно.

— Оно самое, Дарро, что бы ты там ни выдал на своем тарабарском, — соглашается с ним Рыжий.

— Это вы его так за длинный язык покарали? — с нарочитым пониманием интересуется светлый.

— А что такое «ромпец»? — спрашивает Гейл Мандрейдж.

— Зверек такой. Красивый, но очень опасный, — охотно отвечает ей Арес.

— Рыжий? — бросает невзначай некромант.

— Нет, белый. Пушистый и маленький, не больше ладони.

— И чем же он тогда так опасен? — не удержавшись, интересуюсь я.

— Тем, что появляется перед снежной бурей. Как вестник скорой погибели для всего живого у нее на пути.

— И где это у вас такие бури бывают? — ехидно интересуется Жак.

— Есть места, — уклончиво отвечает Арес и переходит к главному. — Я пришел, чтобы помочь вам сделать артефакт для Ирис, но прежде предлагаю позавтракать, — он бросает скептический взгляд на затылок Рыжего. — Страдалец, ты есть-то способен или как?

— Твоими молитвами сподоблюсь, — огрызается тот.

Кивнув, Арес накрывает на стол одним небрежным движением руки. Перед нами словно из ниоткуда появляются три подноса.