Мой темный-претемный властелин. Книга 2

— Ты сильнейший из всех правителей, кому доводилось владеть этими землями, и я не допущу, чтобы ты сотворил подобную глупость. А теперь убирайся! Один. Твои люди останутся здесь, в том числе и невесты. Пусть это послужит тебе уроком.

— Тронешь хоть кого-то из нас, и я спалю Темный Лес к штарну! Здесь останется одна большая надгробная плита из расплавленного камня!

— И лишишь Темные Земли единственной преграды для тех, кто придет с запада?

Мне показалось, что мертвец засомневался несмотря на всю браваду.

— Синие Горы давным-давно решили эту проблему, а это место превратилось в уродливый нарыв, от которого больше нет никакого проку. Одно неудобство, — спокойно ответил ему Анделар. — Мои подданные давно просят избавить их от этой мерзости. Здесь пропадают дети, а кланы оборотней вынуждены пользоваться порталами. Даже нормальное зверье гибнет, превращаясь в нежить. Ничего живого уже не осталось, так?

Призрак будто бы смутился, насколько это возможно в его случае.

— Ты прожил так долго лишь за счет магии невинных мальчишек, и до сих пор не можешь упокоиться? Так я быстро это исправлю.

Вспыхнул темным пламенем меч, и Мертвый Король испуганно отшатнулся.

— Почему ты не воспользовался порталом? Что тебя сюда-то занесло?

— Не твое дело! Покажи выход и убирайся прочь, пока я добрый, — Рансовье едва ли не рычал.

— Мог бы и повежливее с тем, кто был твоим учителем.

— Я не собираюсь быть вежливым с тем, кто едва не убил меня, чтобы продлить свое никчемное существование!

Затаив дыхание, я слушала, чем кончится этот разговор, когда вдруг осознала, что Анаретт больше нет рядом.

— Куда ты, дура?!— настигнув беглянку, схватила за руку, разворачивая к себе.

Глаза Анаретт испугали пустотой.

Она ничего не ответила и, вообще, всем своим видом напоминала безвольную куклу. Я даже опешила, но долго соображать мне не дали.

Я всеми силами пыталась цепляться за землю, за что придется, пока не ухватилась за ствол дерева. Но корни тянули все сильней, и пальцы медленно, но верно разжимались.

Глаза Анаретт вдруг приобрели осмысленное выражение. Она заморгала, и инстинктивно присела, оглянулась на оставшийся далеко позади отряд.