Мой темный-претемный властелин. Книга 2

Когда мы оба немного пришли в себя, Анделар пояснил:

— Ренни, у тебя началась инициация, а я сначала не понял и решил, что причинил тебе боль своими необдуманными действиями…

Было немного обидно лишиться девственности, пребывая без сознания. Не выдержав, я решилась задать вопрос:

— Мы?.. — договорить не смогла. Застеснялась, густо краснея до жара в щеках, и спрятала пылающее лицо на груди Анделара.

— Нет. Тебе стало плохо раньше. Я не настолько одурел от страсти, чтобы тебя вот так использовать, — с легким укором опроверг мои подозрения Темный.

— Прости… — смутилась еще сильней.

— За что ты извиняешься?

— За то, что плохо о тебе подумала. И за то, что… все испортила, — я потупилась.

Анделар обхватил ладонями мое лицо, вынуждая посмотреть ему в глаза. И серьезно, даже строго произнес:

— Запомни, Ренни, ты ни в чем не виновата!

Смягчая строгость слов, коснулся губами моих, и это был самый целомудренный поцелуй из всех, что у нас случались. И в то же время один из самых значимых и нежных.

— Это я спровоцировал инициацию своими ласками, и я же надел на тебя браслет невесты. Это из-за моей неосмотрительности ты едва не погибла, Ренни. Ты должна это понимать.

Я немного подумала, а потом просто кивнула.

— Понимаю. Но ведь ты же меня и спас, — я улыбнулась ему, а потом поинтересовалась: — Как это случилось? Все, что я знаю об инициации, так это то, что если не пройти ее вовремя, как полагается, она может начаться из-за какого-нибудь потрясения. Подслушала однажды разговор Танелии с фрейлиной, — я неловко наморщила нос.

— Все верно, — согласился Анделар.

— Но что было со мной? Неужели… Неужели это ты стал таким потрясением для меня? — я нервно хихикнула. — Всегда считала, что для этого нужны какие-то особенные обстоятельства. Нападение. Опасность… Боль или шок? Но всего этого было недостаточно, раз меня шокировали твои ласки?! Разве такое возможно? — я снова смутилась, но на этот раз не стала прятаться. Напротив, осмелилась взглянуть Темному в глаза и улыбнуться.

Анделар не улыбался. Наоборот, выглядел так, будто собрался кого-нибудь убить.

— Боль или шок? — переспросил он надтреснуто, словно едва сдерживая ярость. — Ирения, они тебя били?! Кто посмел?

Улыбка мгновенно стерлась с моего лица. Ужасно захотелось по-детски начать жаловаться. Рассказать все о своей непростой жизни во дворце, но я взяла себя в руки. Вряд ли Танелия после такого выживет, но, как ни странно, я не желаю ей смерти.