Мой темный-претемный властелин

И тебя действительно затравят псами, если тетя узнает, чем вы тут занимаетесь.

— Ты ведь никому не расскажешь? — мурлыкнул сытым котом парень, неторопливо заходя в стойло.

Я сделала шаг назад, упершись в теплое дерево лопатками.

— Нет. Зачем мне это? — пожала плечами.

В личные дела сестры я лезть не собиралась.

— Значит, мне нечего боятся? — Гансар склонился и втянул ноздрями воздух, словно нюхая меня. Прошептал: — Ты так сладко пахнешь, принцесса…

Да уж, дерзости ему не занимать. На миг я испугалась, что он и со мной сотворит нечто подобное, зная, что мне некому жаловаться.

— А ты? — глядя с прищуром спросил Гансар.

Его рот остался слегка приоткрытым, и я заметила влажный блеск языка. Движение было естественным, но каким-то порочным до мозга костей. Меня пробрало до мурашек, и еще пуще захотелось дать деру.

— Что я?

Одновременно с вопросом потихоньку двинулась к выходу.

— Не хочешь попробовать? — он многозначительно двинул бровями, намекая на то, что было между ним и Анаретт. — Тебя могло напугать увиденное, но я могу быть и нежным.

Осознав, что именно он мне предлагает, скривилась от отвращения и возмущенно выпалила:

— Фу! Лизаться языками в разных местах?! Да ни за что! Меня скорее вырвет!

Находиться рядом с ним после всего сказанного стало совершенно невыносимо, и я попыталась проскочить мимо, но была остановлена у самого выхода.

— Ваше высочество, подождите, — сменил тон конюх, однако крепкая хватка на моем плече не оставляла выбора. — Мне нужно сообщить вам что-то важное.

— Пусти! — я едва не ударилась в панику.

Вопреки опасениям Гансар убрал руку и примирительно продемонстрировал ладони, показывая, что он не угрожает, я без промедления бросилась наружу, но заданный в спину вопрос остановил меня.

— Что именно должно случится завтра?

Я медленно обернулась, конюх не пытался за мной гнаться, он так и стоял в дверном проеме, опершись плечом на косяк и скрестив на груди руки.

— День рождения Анаретт, об этом все знают. — Помедлила немного, осознавая, и тихо добавила себе под нос: — И мой…

Он выпрямился, но так и не вышел следом, предпочитая говорить со своего места. Чтобы его расслышать, мне пришлось вернуться на несколько шагов назад.

— Что-то важное должно произойти завтра на закате.