Гувернантка

Перекрыть голос регента я не пыталась, но он каким-то образом услышал и замолчал.

— Когда вы уговаривали меня… Именно уговаривали! — подчеркнула я, увидев на лице собеседника гримасу удивления в смеси со злобой. — Принять должность гувернантки, вы были сама доброта и порядочность! Да! И обращение на «вы», и «госпожа», и тюти-мути…

— Тюти-мути? — хрипло повторил регент, и в выражении его лица появилось потрясение.

— И извиниться не забыли… У вас двойные стандарты! Но если вам удобнее общаться на «ты»…

— Ты… — Регент прочистил горло и продолжил: — Ты за один день трижды вмешалась в распорядок дня императора! Какое ты имела право?!

Вообще-то он меня уже выбесил! А иначе с чего бы меня так занесло?!

— Скажи мне, регент… — И улыбнулась, потому что вспомнила аналогию: «Скажи мне, кудесник, любимец богов…» — Какое из моих вмешательств нанесло урон детям?

Ляпнула и застыла.

Потому что в дальнейшей жизни нарисовались яркие и простые варианты. Лучший — оказаться дома с суточным заработком или без него. И… Превратиться в местную мышь или привидение… На то он и кудесник!

Регент прорычал что-то невнятное и затих. А я поняла, что возможен и третий вариант.

— Вы, регент, помните, что я гувернантка? При двух прелестных детях. Один из них император, но для меня это не определяющее. И стучать вам на моих подопечных будут другие. Не я.

Повернулась и пошла к двери. Уже приоткрыв её, оглянулась. Регент опёрся о стол руками и медленно поднимался.

Наверняка для того, чтобы метнуть молнию и испепелить меня. Но следующие мои слова заставили его застыть в этом странном положении:

— Возможно, регент, вам будет интересно вот что… Дети здоровы!

И вышла из кабинета.

Похоже, я сошла с ума. И не потому, что таким образом говорила с самым могущественным человеком во дворце. Всё оказалось ещё хуже! Потому что я подняла руку с браслетом и, пусть не очень уверенно, сказала:

— В мои комнаты.

А он вежливо потянул запястье и отвёл.

При чём, куда попросила.

Шагая по коридору, я думала, что только что проехалась задницей по перилам. Бритвенно острым! А регент… Понятно, что он завзятый козёл! И запросто может пакость устроить. Но когда улыбается… Права мама — очень даже видный мужчина! Особенно руки... И не эти ли руки ласкают меня во сне?

***

Без всяких сомнений занятия танцами радости детям не принесли. У обоих лица были на грани печали.