Любовь Тёмного короля

Как и всегда, мысли о Тёмном короле иглами вонзились в сердце, и я постаралась сосредоточиться на лице Лайна. Ещё довольно молодом, вряд ли ему есть хотя бы сорок, но в зачёсанных назад темно-русых волосах уже сверкали нити седины, а серые глаза, окружённые морщинками, были полны старческой мудрости.

Ну и ещё недовольства моим вторжением, хотя вряд ли он осмелился бы озвучить его вслух.

– Уже через три дня мне предстоит быть на землях тёмных, а я так и не знаю своей роли.

– Роли? – Лайн изогнул брови.

– Не надо игр, прошу. – Я стиснула зубы и, на миг прикрыв глаза, снова на него посмотрела. – Скажите, зачем вы поддержали это приглашение? Вы же всё знаете. Знаете, что...

Горло перехватило, и я умолкла, но он и так всё прекрасно понял. Упёрся локтями в стол, сцепил пальцы в замок.

– Что ж, причин несколько, и самая главная из них – как раз ваши недавние занимательные приключения. – Лайн покачал головой.

случайно

узнают в Светлой принцессе хорошо знакомую им архивистку? Не сочтут ли они её коварной шпионкой, которая сбежала, получив желаемое? Поверьте, в таких ситуациях бесполезно что-либо объяснять оскорблённой стороне, потому будет гораздо лучше, если вы раскроетесь сами и как можно раньше. Обезоруживающая честность и прямота – вот наш план. Заодно поблагодарите их за помощь с раскрытием дара.

Я поморщилась, но не нашлась, что возразить. Я не знала, раскрыла ли Сайла мою истинную личность принцам, но что-то подсказывало, что нет. Слишком рьяно она меня защищала. И если я права, то и впрямь нельзя допустить, чтобы Рэйвен и остальные узнали обо всём случайно.

– Меня видели многие, – напомнила я. – На балу...

– Никто не сопоставит образ серой ассистентки с вами настоящей, – усмехнулся Лайн. – Вряд ли о ней вообще кто-то вспомнит.

– Хорошо. – Я вздохнула. – Вы сказали, причин несколько. Какая вторая?

Он пожал плечами:

– Ради всё того же мира, от таких приглашений лучше не отказываться.

– Третья? – не унималась я.

– Заговор. – Я вздрогнула, и Лайн продолжил: – Вы же и сами сообразили, что за покушениями на вас кроется нечто большее.