Страсть Тёмного принца

– Родители сказали, твоя мать сбежала и забрала тебя с собой, – продолжила я. – Виконт пытался искать, но...

– Ага, – перебила Сайла-Рейни, – искал он, как же. Нет, дорогая, просто мамочка погуляла с тёмным послом, что всплыло, только когда я обрела вовсе не светлый дар. Тогда-то добрый папочка указал нам на дверь. Но ты не переживай, тут не так уж плохо. Только вас не хватало сильно. Ну и ковры эти... – Она усмехнулась и боднула меня плечом: – Вот уж где не ожидалась встреча, да? Я и сама глазам не поверила, когда увидела тебя в архиве.

– Ты была в архиве? – нахмурилась я.

– Давненько уже, но не решилась подойти. А потом вся эта канитель с принцем и душителем... Ты же понимаешь, что его послал кто-то из светлых собратьев? Пока ты здесь и беззащитна... Они не успокоятся.

Я понимала. А еще понимала, что кое-кто нарочно меняет тему.

– Рейни...

– Зови уж Сайлой. К имени-то я как раз привыкла.

– Сайла. Давай начистоту. Ты что-то знаешь?

– О чём? – Она невинно похлопала ресницами, а потом перевела взгляд в зал и подскочила.

Я со вздохом поднялась и предупредила:

– Не думай, будто я отстану. Если ты что-то...

– Да тише ты. Смотри, как они вышагивают.

Я нехотя выглянула из-за колонны и удивлённо хмыкнула. В зале и впрямь творилось нечто странное. Четверо из семи принцев всё так же обсуждали дела неподалеку от нас, ещё трое распивали игристое у дальней стены, и возле каждой группы кружили разряженные девицы.

– Что происходит? – шёпотом спросила я. – Только не говори «парад куриц».

– Так он и есть, – хохотнула Сайла. – Скоро объявят Первый танец – только для принцев и их избранниц. Вот курицы и показывают, так сказать, товар.

– А если у принца уже есть спутница? Ты же здесь с Эрбертом, и... – начала я, но наткнулась на такой больной взгляд, что захлопнула рот.

– Он не стесняется таскать меня на Советы и балы, но никогда не оскорбит братьев, пригласив любовницу на Первый танец. Рисунок подразумевает обмен партнерами, и... сама понимаешь. – Сайла снова отошла к стене и, опустившись на стул, горько рассмеялась. – Все такие мрачные тёмные бунтари, а на самом деле ещё более чопорные и трусливые, чем любой светлый хлыщ. И твой такой же, поверь и не питай...