Леди и оборотень

Я не хочу подхватить простуду. А ты зря нападаешь на Рассела, пытаясь его унизить. Это только отдаляет тебя от Бланки. Прошу, подумай об этом.

– Почему, – почти беззвучно прошептал Ильяс, – чем я хуже его?

Осторожно ступая, чтобы не поскользнуться на мокрой траве, Эдита направилась к дому. Ей не хотелось больше общаться с Ильясом. Взрослый парень, сам разберётся.

И всё же она обернулась. Племянник графа стоял под дождём, не шевелясь, словно пытаясь раствориться в потоке падающей с неба воды.

У Эдиты защемило сердце.

***

– Бланка, пожалуйста, следи за осанкой, – привычно заметила гувернантка. Девушка, сидевшая напротив неё, тотчас выпрямилась. – Рассел, ещё чашку чая?

– Нет, спасибо, – Рассел отрицательно покачал головой, отчего длинная иссиня-чёрная прядь упала ему на щёку. Он осторожно поставил изящную фарфоровую чашечку на блюдечко.

– А я, пожалуй, выпью ещё. Очень вкусные булочки с маком, – Бланка собиралась подняться, когда сидевший рядом кузен опередил её, взяв её чашку.

Ильяс склонил голову набок, наблюдая за ней. Стоило девушке протянуть руку, как он поднял чашку, не позволяя до неё дотронуться.

– А волшебное слово?

Серые глаза Бланки потемнели. Тем не менее, она ответила ровным тоном:

– Спасибо, кузен. Ты, как всегда, очень любезен.

Ильяс сдвинул брови. Слово «любезен» несло некоторый пренебрежительный оттенок и в основном употреблялось по отношению к слугам.

– Я могу быть ещё более любезным, кузина, если захочу, – вкрадчиво произнёс он, передавая чашку так, чтобы коснуться её пальцев. Девушка ничего не заметила, а по телу Ильяса, напротив, словно искра пробежала. Он сжал ладонь, пытаясь сохранить это случайное прикосновение.

Бланка сделала маленький глоток. Чай, казавшийся ей таким ароматным всего минуту назад, вдруг потерял свой вкус.

Ильяс, по-прежнему следивший за ней, заметил, как рукав блузки скользнул вниз, обнажив тонкое запястье Бланки. На нем болтался браслет из бусин, точь-в-точь такой же, что несколько дней назад выиграл Рассел.

Ильяс моргнул, не веря своим глазам. Нет, он не мог ошибиться! Слишком долго и жадно он рассматривал браслет, доставшийся победителю.