Академия Астор-Холт

Сразу видно, что об уборке Тилия имела очень слабое понятие и сама никогда в жизни ничем подобным не занималась.

И всё-таки несмотря на такую колоссальную разницу между нами, мы дружили, и эта дружба не была пустым словом или моей иллюзией. Мы с Тили каким-то странным образом нашли друг в друге что-то своё. Объяснить причины нашей взаимной симпатии я пока не могла, особенно если учитывать, что до этого единственным другом у меня была повариха Марси, которая общалась со мной скорее из жалости, чем из-за интереса или каких-то возвышенных чувств.

Сегодня Тили даже ночевать осталась в моей комнате, будто в её апартаментах девушку могла подстерегать какая-то опасность. Но я не возражала, чувствуя, что сейчас моё общество ей просто необходимо. А утром…

Утром объявился Марк. Он нарисовался на пороге моей комнаты, когда Тилия ещё спала, и выглядел, мягко говоря, помятым.

— Она у тебя? — спросил парень, нервно теребя ремешок браслета своих золотых наручных часов.

Я невольно засмотрелась на это чудное произведение ювелирного искусства, а в голове промелькнула шальная мысль, что эта побрякушка стоит едва ли не больше всего курса обучения в Астор-Холт.

— Если ты о Тилии, то да. Только она спит, потому что из-за своих переживаний уснула только под утро, а от любых сонных отваров категорически отказывалась, — ответила я, выходя из комнаты и прикрывая за собой дверь. — Но ты здесь, а значит, поводов для переживаний у неё больше нет.

— Как я понимаю, ты в курсе произошедшего, — мрачным тоном произнёс Марк.

— Мне рассказала Тилия. И она знает о причинах, по которым тебя увели на допрос.

— И что же ей известно? А главное, откуда? — судя по голосу, парень был явно недоволен такой осведомлённостью своей девушки.

— Многое. А откуда — спросишь у неё сам. Но если тебе интересно, Тилия не верит, что твои родственники действительно виновны. Она считает, что их оклеветали и подставили, и очень переживает, что это может отразиться на тебе.

— Я рад, что она не поверила. — Он как-то даже расслабился, и теперь вся его напускная невозмутимость перестала скрывать жуткую усталость от пережитой бессонной ночи.

— Знаешь, — выдала я, прекрасно видя, каких усилий ему стоит сейчас держаться. Ясно же, что подобное происшествие не может пройти бесследно как для арестантов, так и для всей их семьи. — Если я могу чем-то помочь, обращайся.