Жар ледяного сердца

Судя по сдвинутым бровям, Атиль собиралась действовать решительно, и одно это уже настраивало на игривый лад. После сегодняшней ночи он просто не мог воспринимать недовольство супруги всерьез: когда Атиль подавалась бедрами навстречу его вторжению, она хмурилась точно так же. Но дракон готов был жизнь свою поставить, в тот момент она вряд ли могла злиться по-настоящему.

Смерил жену взглядом и улыбнулся еще шире. В нарочито простом платье она смотрелась даже лучше, чем при параде. Ткань подчеркивала прозрачную белизну кожи, хотелось прижать Атиль к себе и пробежаться губами от яремной впадины сначала к одной груди, потом к другой.

А следом разгрызть застежку надетого на жену ошейника зубами и выкинуть его прочь. Зачем только она его нацепила?

– Прости, – Вильяр опустил глаза. – Я хотел в зеркало посмотреться, понять, держит ли новая заколка волосы. Но книга на полу меня соблазнила.

– Ее соблазну поддаются все, – сообщила Атиль буднично. – Но это не простая книга. Одна из магических реликвий народа таклу и у непосвященных отнимает жизненные силы.

Так что если не понимаешь, о чем там, лучше не брать в руки.

Поймала взгляд супруга и снова нахмурилась:

– Не хотела бы, чтобы ты заходил сюда в мое отсутствие, – сообщила удивительно спокойно, будто раз и навсегда решила не ссориться с ним. – Приходи, пока я здесь. Буду рада поболтать и поделиться тайнами.

Дракон покачал головой. Словами он ограничиваться не намерен. В конце концов, он женат или не женат? Атиль облизнулась, скорее от волнения, чем завлекая, но Вильяру захотелось найти ее языку более приятное применение.

Кинул книгу с закладкой на кровать и приблизился к супруге. Осторожно привлек к себе и посмотрел на нее сверху вниз. Чародейка застыла, будто ожидая чего-то ужасного. Поспешил успокоить: приподнял ее лицо за подбородок и бегло поцеловал.

– Я еще не настолько стар, чтобы приходить в спальню к жене для разговоров, – прошептал ей в губы и перешел к решительным действиям.

Ответила не сразу, вероятно, не ожидала ласки вне постели, но Вильяр с радостью отметил, что вчерашняя стеснительность ушла без следа. Атиль, пусть еще неумело, но вполне себе настойчиво пустила в дело язык. Прижал крепче, наслаждаясь запахом пионов и нежным теплом ее кожи, давая почувствовать, что она желанна как никто другой. Еле сдержал стон, когда руки жены скользнули по его плечам и, погладив шею, утонули в прическе.