От принцесс одни неприятности

Вот только закончил упоминать моих родственников, с которыми он якобы имел честь близко общаться, как тут же споткнулся от удара, а я быстренько подвинула падающему стул. Об его деревянную спинку он и приложился головой и, наконец, замер на полу.

Зато сзади него оказалась Изабель, держащая в руках нашу сумку.

- Я его убила?

Вид у нее был ошарашенный, руки крепко сжимали орудие, которым она его огрела по голове, и которое отпускать в ближайшем будущем не собиралась.

- Нет, к сожалению, - я поднялась и ощупала щеку.

Она кивнула, не сводя взгляда с поверженного противника. Хорошо, что мы не успели достать из сумки кинжалы. Похоже именно ими с размаху и досталось мужику.

Амулет нашелся висящим на шее - старенький, на затертом шнурке и почти разряженный. Я дернула его посильнее, чтобы сорвать, и отправила себе в карман. Все, можно и магией воспользоваться.

- И что теперь? – принцесса сидела на кровати, разом забыв про брезгливость.

- Разбойники. Увидели, что у нас есть деньги и пришли, - я пожала плечами. Про то, что скорее всего их отправила хозяйка, я умолчала. – Переодевайся, нам пора уходить, пока их не хватились. Платье оставь тут, не тащить же его с собой.

…

Высокий черноволосый мужчина пришел после полуночи, когда все добропорядочные люди сидели по домам.

Сначала он вежливо стучал в дверь трактира, но после нескольких минут этого бесполезного занятия, просто разнес ее в щепки.

Она собиралась наорать на него и потребовать втройне отплату за испорченное имущество, но не вымолвила ни слова. Страж.

Это вам не местные добровольцы, отвечающие за порядок и выискивающие пьяных, чтобы отправить их по домам. Этот был настоящим, из столицы - под пыльным с дороги плащом виднелась черная куртка и бордовая рубаха.

- Где они? – низкий голос выдавал нетерпение. А карие, почти черные в полумраке зала, глаза обещали неприятности. Гость не желал расшаркиваний и любезностей, не желал остановиться в лучшей комнате или поужинать. Он искал двух женщин. Тех, к которым час назад она отправила своих людей.

За закрытой дверью на втором этаже было тихо. Хозяйка молилась всем, кто мог ее услышать, чтобы девки там были уже одни.