Некромант под ёлкой

– Скажи, что ты великий добряк, и я лично лишу тебя высшей степени некромантии. За враньё своей богине.

Глава Верховного Совета Магов благоразумно умолк. Против правды не попрёшь!

- Так вот, продолжаем, - Хэриот тряхнула локонами и подошла к подсудимому. – Он, конечно, виноват и должен понести наказание, но Горячие Шахты – это не то, что он заслужил. Там он быстро умрёт и никакого толка не будет. А вот ссылка в другой мир…

- На тех же условиях, что когда-то пережил я? – Ужаснулся Велириант. – Госпожа сурова.

- Думаешь, шахты лучше? – Хэриот задумалась.

- Знаешь, хоть он и пытался меня извести, но именно благодаря ему я нашёл Яру.

- Вот и посмотрим, чем всё это закончится. Выживет – молодец! Не выживет, так и в шахтах ему долго не протянуть.

С этими словами суровая Тёмная Богиня прищёлкнула изящными пальчиками с виртуозным маникюром (результат периодических встреч с Яромирой – женой Велирианта), тем самым активировав межмировой портал.

- Кхм, - многозначительно кашлянул император, обращая внимание на свою высочайшую персону.

Правда, не выше богини, что его порой напрягало. – Я…

Неизвестно, что он хотел сказать: против ли, за... После красноречивого, изрядно раздражённого взгляда Хэриот он умолк, так и не решившись окончить фразу. На этом Малрозус понял, что ему настал конец. Возможно, по сравнению с предстоящим, шахты покажутся очень быстрым и наиболее лёгким источником смерти. Но если даже императора никто слушать не захотел, его так точно не спросят.

Да и когда, если его уже закружил чёрный вихрь, зал суда исчез, и только звёзды хаотично пляшут вокруг.

Некроманта вертело, крутило и несло куда-то сквозь бескрайний космос. Он пытался стабилизироваться или хотя бы не так быстро кружиться, но это оказалось невыносимо сложным. Наконец, он просто подтянул колени к груди и сцепил руки. Так меньше тошнило и конечности не ломило. В какой-то момент он закрыл глаза и приготовился умереть. Богиня говорила о возможности выжить? Врала, поди…

Наконец, он почувствовал необычайную лёгкость в каждой клеточке своего измученного тела, повисел чуток, а после ухнул во что-то прохладное и мягкое.

Причём это что-то оказалось ещё и пушистым. Часть его взвихрилась, а после красиво стало опускаться на замершего Малрозуса. Он даже забыл как дышать – так загляделся на белоснежные кристаллы. Один из них упал ему на запястье.

«Холодный, - отметил про себя некромант. – И очень хрупкий. У нас такого нет».