Дочь Палача

Зайдя внутрь помещения, он по-хозяйски расположился на стуле, на котором буквально пять минут назад сидел отец.

Мужчина с каким-то странным интересом стал рассматривать кухню, обводя взглядом: глиняные горшки, кувшины, чугунные котелки и прочую утварь. Остановившись на бочонке пива и кружке, с оставшейся пеной на стенках, едва заметно хмыкнул.

— Где ваш отец? – строго произнёс он.

— Я не знаю, – голос дрогнул, но, похоже, Рейн этого не заметил.

— Правда? – тёмные брови командира удивлённо поползли вверх. – А это тогда что? – указывая на недопитое пиво, спросил он.

— Это… ммм, – начала мямлить Беатрис, но я вовремя перехватила инициативу.

— Эта моё, – подойдя вплотную к столу, заявила я, не обращая никакого внимания, на придирчивый взгляд мужчины.

Вальяжно восседая на стуле, командир едва заметно улыбался. Чуть дрогнувшие уголки губ говорили, что он не поверил ни единому моему слову.

— В самом деле? Вы пьёте пиво?

— Да…

— И даже Айсбок? – усмехнулся Эйнар. – Тогда я буду рад составить вам компанию.

Рейн резко встал и подошёл к навесным полкам. Достав оттуда ещё один деревянный сосуд, возвратился к столу и откупорил бочонок. После чего лёгким движением руки налил тёмную пахучую жидкость сначала мне, потом себе.

— Прошу, – злорадствовал мужчина, передавая мне в руки кружку с терпким напитком.

Вот же чёрт, выругалась про себя я. Айсбок – самое крепкое пиво, которое только варится в Арагоне. И угораздило меня попасться именно на этом. Да я в жизни не пила ничего подобного!

Пригубив пиво, я чуть не сморщилась.

— Оно хорошо даёт в голову, – будто предупреждая меня, произнёс Эйнар. – Но думаю, сейчас для вас это самое то. Всё-таки потеря дома. И Уильям куда-то пропал, – в его голосе вновь появились нотки злорадства.

Я заскрежетала зубами. Какой же он всё-таки… Чтоб его… И залпом выпила почти всю кружку. Горькая жидкость полилась в горло, ухнув в пустой желудок. Только сейчас я поняла, что совершила самую глупую ошибку.

Хмель не слабо ударил в голову, но вместе с этим мне стало так тепло, что, казалось, все проблемы отступили на второй план.

— Так где всё-таки ваш отец? – голос командира, звучал приглушённо словно издалека.

— Я же сказала не знаю, – сдержав нервную икоту, ответила я и уселась на стул. Стоять ровно уже не могла, голова кружилась, а мысли роем носились где-то на задворках сознания.