Мой волк, или Отбор для альфы

Постепенно зал начал заполняться другими служанками. Одни скребли два гигантских очага, отчищая их от копоти, другие вешали на окна богатые портьеры винного цвета. Учитывая, что окна были в пол, а портьеры несколько метров в длину, задачка предстояла не из легких.

На меня другие служанки косились опасливо и вообще старались держаться на расстоянии. Во второй половине дня в зале начали появляться охотники. Они пили пиво, которое им подносили молоденькие служанки, закусывая вяленым мясом. Хорошо еще, что того светловолосого, которому я нагрубила, среди них не было.

— Я всегда знала, что Золушке было нелегко, но ей хотя бы из дома выйти позволяли, — зло бубнила я, натирая бесконечный каменный пол. Ветхая ткань, которой я орудовала, расползалась под моими пальцами. А может быть, все дело было в силе волчицы.

Я в раздражении почесала шею. Ошейник почти не ощущался, но сам факт его наличия доводил до бешенства. Платье пришлось подоткнуть, чтобы не мешало работе, из-за чего, ползая по каменному полу, я уже содрала колени.

Стоило встать, как ранки тут же исчезали, но мне доставляло какое-то мазохистское удовольствие испытывать боль — она поддерживала ненависть к альфе. Радовало лишь, что холодный камень помогал остудить сжигающий меня жар. К тому, что температура тела у меня теперь выше, чем у обычного человека, еще предстояло привыкнуть.

— Опять разговариваешь сама с собой? — добродушно спросила Фира, ставя на стол неизменную корзиночку.

На этот раз в ней обнаружилось рукоделие.

— У меня здесь нет друзей, — отрезала я.

И это было правдой. В каком бы углу зала я не оказывалась, вокруг меня образовывалась этакая мертвая зона.

— Все приходит со временем. — Фира не обиделась на мой тон. Она вообще, казалось, обладала неисчерпаемым запасом терпения и доброты. — Они просто боятся, ведь новообращенных здесь не было уже очень-очень давно. Но скоро они привыкнут, не переживай.

— У меня полно других поводов для переживаний, — пробормотала я, обмакивая ветошь в ведро с водой и с силой бросая мокрую тряпку на пол.

Сказать кому — не поверят. Попасть в другой мир и стать волчицей только для того, чтобы оказаться рабыней, которой может помыкать кто угодно! Видимо, все мое везение осталось дома.

Проведя за натиранием полов гигантского главного зала несколько бесконечных часов, я была зла и снова голодна! Теперь понятно, откуда пошло выражение «волчий голод».