Светлая для темного

Просто в очередную секунду полета в сторону восхода солнца каждый из нас понимал: вот она, черта, отделяющая суетливый людской мир от тихого пристанища света.

Ощутив, как обычно, легкий толчок в грудь, означающий, что невидимая грань пройдена, я приземлилась на зеленую лужайку, усыпанную мелкими соцветиями голубых, розовых и белых незабудок. Передо мной возвышались огромные витые ворота, преграждавшие путь в Обитель хранителей — Первое Небо.

Возле них стоял немолодой — хотя возраст для ангелов понятие относительное — сереброволосый хранитель, одетый в белоснежную хламиду.

— И во тьме есть свет, Деметрий, — громко обратилась я к стражу ворот с обычным приветствием светлых хранителей, втайне надеясь, что в голосе отсутствуют панические нотки. Крылья я поспешно сложила. Не любила лишний раз показывать их.

— И будет всегда, — эхом откликнулся Деметрий.

Я заметила, как взглядом старец буквально сканирует меня, правда, при этом подслеповато щурясь. Однако я знала, что эта внешняя беспомощность не более чем маскировка.

Время от времени по Первому Небу ходили истории о пытавшихся проникнуть к нам темных хранителях, но Деметрий… А вот что именно с ними делал Деметрий, никто точно рассказать не мог.

То ли он при помощи посоха сжигал темного до состояния дымящейся кучки, то ли его сова была не так проста на первый взгляд, но факт оставался фактом: Деметрий занимал свой пост уже много столетий, и лично я боялась до дрожи лишний раз попадаться ему на глаза.

— Сложный подопечный попался, — вздохнула я, решив не вдаваться в подробности своей не очень удачной работы по части охраны души человека.

— А бывают простые? — хранитель улыбнулся, и черты его лица расслабились.

«Уф, в этот раз пронесло!» — мелькнула радостная мысль.

— Нет, конечно, но мне достался редкостный болва… — я спохватилась, сделав вид, что закашлялась, — в смысле человек с редкой душевной организацией, вот.

— Отдохни как следует, ответ обычно приходит с рассветом. — Деметрий распахнул передо мной ворота Первого Неба и я, благодарно кивнув ему, вошла.

Решив прогуляться до своего скромного жилища, я скинула обувь и ощутила мягкую прохладу ласкающей ступни травы.