Черная дама, белый валет

Я смотрела, пытаясь отследить последовательность движений, но бесполезно — Ник словно играл какую-то сложную, быструю мелодию на невидимом двухрядном клавесине.

— Лимонная цедра, тьма на её тётку!.. — восхищённо выдохнул за моей спиной Лекс.

Я обернулась. Маусов не было. Правда, вместе с ними пропали и продукты, в которые твари вцепились перед заклинанием.

— Эй, ветчину-то верни! — обиженно потребовал рыцарь.

— Да ладно, — сказал Ник, прекращая «играть». — Пусть уж пожрут хотя бы напоследок. Теперь дом их сразу расшвыряет, стоит появиться.

— Не сдохнут! — опрометчиво заверила я.

Лекс усмехнулся и захлопнул дверку холодильника.

— Ник. Что ты впервые маусов видишь — это я понимаю. Они, кстати, совершенно другие вещи жрут, но тьма бы с ними. Но вот как гостья наша их сумела увидеть — это мне оч-чень любопытно…

А вот теперь среагировал оруженосец: уставился на меня тяжёлым взглядом, прищурился, и в этот момент я наконец поняла, на кого он похож! Кевин Костнер из фильма «Телохранитель»! Только помоложе…

— Ну колись, селяночка, — сказал Ник нехорошим голосом.

Конечно, я могла мгновенно исчезнуть. Вот только совсем не хотелось…

Глава 7. Бараны Света и шпионы Тьмы

Готовя радужный презент,

Ты у судьбы баланс просила?

Но жизнь предъявит свой акцент,

И влезет в дело третья сила…

А ведь предупреждал глава Белого Совета о злобных шпионах тёмной стороны мироздания! А ведь внушал со всем пристрастием Светлому рыцарю, что нельзя ни с кем общаться в новом для него мире как минимум до предстоящего боя! А ведь чуть не с ножом у горла давил на оруженосца, требуя бдеть, бдеть и ещё раз бдеть! Потому что лучше перебдеть, чем недобдеть! И смотрел при этом с сомнением — что на рыцаря, который явно в подмётки не годится предыдущему избраннику Белого Клинка, что на оруженосца, который хоть и весьма могучий маг, но в голове-то ветер девчачьи юбки раздувает.

Конечно, всерьёз вредить Светлому рыцарю никому из тёмных и в голову не придёт. Не по понятиям это! Но вот по мелочи… О-о! По мелочам можно нагадить так, что к бою с лордом рыцарь будет икать беспрерывно и от собственной тени шарахаться!

Господин Аргариут — или Самый-Крутой-из-всех-Белых-Магов, как окрестил его для себя рыцарь, — занудно повторял всё это при каждом визите.