В лабиринтах города

Он ещё помнил тот странный сон перед тем, как Алиса появилась на пороге его квартиры. Страх, что он вновь окажется в том тёмном душном шкафу и услышит сквозь сизый туман воспоминаний до смерти перепуганный голос тёти Агаты, просто лишал возможности мыслить здраво.

Подсознание играло с ним в какую-то жестокую игру, и он не понимал, что происходит. Почему спустя столько лет прошлая травма даёт о себе знать? Диссоциированная избирательная амнезия – таким был приговор врачей. После той роковой ночи родители таскали его по психологам и целителям, которые занимались гипнозом, ведьмам, практикующим Вуду и другие запретные практики.

Потеря памяти защитила его неокрепшую психику от кошмаров, которые наверняка преследовали бы и взрослого, пережившего подобное потрясение. Сколько Максим помнил себя, ему всегда были чужды детские страхи: темнота, монстры под кроватью. Даже байки у костра в летнем лагере казались нелепыми россказнями.

Всё началось после того, как он увидел снимки в кабинете Фогля. Татуировка. Какая-то частица его разума уже давно поняла это, просто он никак не желал собрать воедино все кусочки мозаики. Сон поднял из глубин подсознания и то странное видение, когда они с Алисой сидели в кафе: татуировка на бледной руке Агаты. Или не татуировка? Клеймо! Точно так же заклеймили и Марию.

Как и в прошлый раз, снова разболелась голова. Максим надавил пальцами на переносицу и зажмурился, ожидая, пока цветные круги перестанут расплываться перед глазами. Алиса молчала, сложив руки на груди, и смотрела прямо перед собой. Разговор не клеился.

Дождь хлынул внезапно, забарабанил по крыше и застелил пеленой лобовое стекло. Спешащие на работу и по своим делам прохожие спрятались под зонтики, кто-то забегал в магазины и соседние здания, чтобы переждать стихию и не вымокнуть до нитки.

Он покосился на подругу, обдумывая, стоит ли поделиться с ней мыслями. Ведь наверняка она снова побежит к Крылову. Впрочем, неважно, что она сделает. Держать в себе это безумие он больше не мог и должен был всё рассказать. Алиса единственная, кому он доверял в этом деле. А то, как она поступит дальше, решать только ей!

– Плевать на Крылова, – вдруг выпалил Макс. – Пусть развлекается с телефоном. У меня есть другая информация. Думаю, куда более важная.