Мой любимый негодяй

Затем он начал стрелять и уничтожил столько нападавших, сколько мог, имея лишь один револьвер, а когда закончились патроны, бросился на оставшихся врагов и победил их в ближнем бою. Затем, пытаясь вытащить капитана, он получил пулю в плечо от затаившегося врага, которого в спешке недобил.

– Какая беспечность, – добавила Люси. – Тоже типично для него.

Хэтти осуждающе покачала головой:

– Он спасал жизни, Люси. Он закрыл капитана своим телом, а тем временем его товарищи сплотились и разгромили нападавших.

– Определенно негодяй, – с мрачным видом кивнула Аннабель. – Герой и мерзавец в одном лице.

– И своим поведением побудил Монтгомери объявить о своих чувствах, – предположила Хэтти.

– В некотором роде да, – покраснела Аннабель.

Как Люси ни старалась, она все равно не смогла прогнать из головы образ кровожадного и полуобнаженного негодяя Тристана Баллентайна – пока не пробили часы, известив ее, что пора отправляться на встречу с тем самым негодяем.

Глава 6

Утро сменилось днем, и на улице потеплело. Не было ни намека на ветерок, который охладил бы на удивление разгоряченное лицо Люси. Она остановилась перед эркерами магазина «Блэкуэллз» и, заметив бордовый пиджак Баллентайна, почувствовала смутное раздражение. Ее бросило в пот. Пиджак молодого человека светился под лучами летнего солнца, как случайно прикатившийся откуда-то каштан, а вот его владелец выглядел на удивление спокойным и собранным.

Уголки губ Тристана поползли вверх, когда Люси возникла прямо перед ним. Он приподнял цилиндр:

– Миледи.

Солнце играло на его ярко-рыжей шевелюре. В толпе прохожих одна из женщин ахнула от восторга.

– Я выкроила лишние полчаса, – сообщила Люси.

– Это идеально вписывается в мое сегодняшнее расписание.

Он возвращается в Лондон, сообразила Люси. Она поднялась на три ступеньки и вошла в магазин.

В жарком и тускло освещенном помещении десятки голов повернулись к ней – в основном бледные студенческие лица с расширившимися за стеклами очков глазами. Слишком многие в этом городе знали Люси, а возможно, знали и Тристана. Каждый ощутил себя свидетелем сенсационного явления.