Руны мести. Магия любви

Фонап снова известил об очередном вызове от Рози, но я снова не стала отвечать. Сейчас у меня не было желания никого видеть или с кем-то говорить, не хотелось чужой жалости. Потому уже несколько часов я просто сидела на поваленном бревне в дальней части парка… и пыталась придумать, как жить дальше.

И, может, так и пробыла бы здесь до самого отбоя, но у меня во рту с самого завтрака не было ни крошки, а желудок уже начал болезненно сжиматься от голода. Потому я всё же решила отправиться на ужин.

Там-то меня и поймала Лола.

- Ты где целый день пропадаешь? – спросила она, присаживаясь напротив меня за столик. – Кстати, тебя эта сумасшедшая пигалица искала. Три раза заходила. Даже оставила мне номер для связи, чтобы я сообщила ей, если ты объявишься. А ты что такая кислая? Вы поругались?

- Нет, - я попыталась изобразить улыбку. – Всё хорошо. Просто я была занята. Свяжусь с ней позже.

Но Лола явно видела, что со мной далеко не всё в порядке. Да и предательские конечности снова меня выдали.

- У тебя руки дрожат, - сказала внимательная соседка. – Значит, ты нервничаешь. Я давно заметила у тебя эту особенность.

- Предательские конечности, - буркнула в ответ. – Всегда выдавали меня, когда переживала или пыталась соврать. Кто-то краснеет, кто-то заикается, у кого-то бегает взгляд, а у меня вот трясутся руки.

- Так что случилось? – Лола отодвинула в сторону свой поднос с едой и уставилась на меня в ожидании ответа.

- Ничего хорошего, - выдала я, сдавшись.

- Тебя?! Но за что? У тебя же лучшие показатели успеваемости среди всех первокурсников! – возмутилась она. – И дар на очень высоком уровне! Да главы факультетов должны драться за то, чтобы заполучить такую ученицу!

- Но не дерутся, - проговорила, вздохнув. – Всё дело в моём даре. Точнее, в способе его получения. Никто из них не желает связываться с изменённой.

- Вот гады! – рявкнула Лола и так шибанула ладонью по столу, что на её голове задорно подскочили рыжие кудряшки.

Она ещё долго причитала, тихо возмущалась в столовой, потом на пути к общежитию. Правда, в комнате, при Майе, говорить на эту тему не стала. И впервые я была рада, что с нами живёт это бледное существо.

Мы в последнее время почти перестали обращать на неё внимание. Она не желала контактировать с нами, потому не удивительно, что мы начали воспринимать её, как предмет мебели.