Шепот бессмертия

Дмитрий всегда восхищался ей и ради нее стал по ночам копаться в местной библиотеке среди старинных колдовских книг, написанных более тысячи лет назад. Знания, которые они таили, были бесценны, но они не подходили Дмитрию. Всякая информация про колдовство всегда касалась четырех стихий, но Ветров не чувствовал в себе ни огня, ни воды, ни воздуха, ни земли.

Тогда на свой страх и риск волшебник решил отправиться в небольшое путешествие по миру. Его целью было найти тех, кто мог обучить его той магии, которой он так и не научился пользоваться.

А именно заклятиям. Среди вереницы знакомых Дмитрию попадались и провидцы и те, какие могли одним своим словом создавать предметы обычные и нет, большинство, конечно же, владело стихиями.

Долго пространствовать Ветрову не удалось: из магического Лондона пришло письмо от Синон Агнец, в нем она сообщала от том, что Леопольда Николаевна слегла с тяжелой болезнью, которую в магическом мире невозможно было вылечить.

Такая новость заставила юношу вмиг вернуться домой и обнаружить едва дышащую бабушку.

Она лежала с жаром и в беспамятстве шептала разные слова, некоторые складывались в предложения: «Как вы могли? Это же ваш сын. Я ваша мать!» - что-то подобное часто вырывалось из ее побелевших губ.

Масло в огонь подливало и то, что втроем они были вынуждены ютиться в маленьком холодном домике Синон, где была лишь одна спальня (там жила Леопольда Николаевна), одна гостиная (в ней разместилась сама хозяйка), кухонька, в которой мог поместиться только один человек, ванная комната с плесенью по стенам и длинный, но узкий коридор (Дмитрий избрал его своей «комнатой» и спал на стареньком матрасе).

Ветров стал действовать. Он поспешил обратно в человеческий мир, чтобы среди людей, которых он знал достаточно хорошо, отыскать достойную работу и накопить на бабушкино лечение и лекарства.

Возможно Дмитрий поступил неправильно, но другого решения не нашел – парень воспользовался своей фамилией, имевшей вес в светском обществе. Он целенаправленно пошел на один из балов, где без зазрения совести представлялся перед людьми и тут же заводил разговор о работе.

Это не вызывало у Дмитрия никакого дискомфорта, он спешил.

Одна из знатных дам, заинтересовавшаяся юношей, предложила ему работу при королевском дворце. И Дмитрий, поблагодарив родителей за свои очаровательную внешность и достойное воспитание, какое получал в течение восемнадцати лет, живя в другой стране, воспользовался предложением.