Легенда о лиловом драконе

– Тебе… совсем-совсем не нравится Тила? – осторожно спросила она. Беанна сверкнула глазами.

– Да что в нем может нравиться?! – возмутилась она. – Тупой как пробка, а самомнения на десятерых! Только и разговоров, что о кубке да о том, каким великим воином он станет, когда придет его время! Отец, видать, по себе выбирал!

Ариана, очевидно, знала Тилу лучше сестры и могла с уверенностью сказать, что он вовсе не был таким тупым, каким казался с первого взгляда. Он отлично представлял, как повернуть дело в свою пользу, и даже отличался испытанной Арианой на себе хитростью.

– Но, может быть, папа просто не знает, что Тила тебе столь неприятен? – осторожно проговорила Ариана. – Может быть, ему все объяснить, и он поймет? Он же так тебя любит, – и она с надеждой посмотрела на сестру. Но Беанна только махнула рукой.

– Я тоже так думала, – сказала она. – Но единственный человек, которого любит наш отец, – это он сам. Мы же интересовали его до тех пор, пока не родились девочками.

Ариана вздохнула, понимая, что сестра права. Но это никак не помогло бы ее успокоить.

– Ты ведь не обязана… если совсем-совсем не захочешь, когда придет время, – сбивчиво начала она, но Беанна прервала ее, многозначительно хмыкнув.

– И тогда ты повторишь мамин подвиг? – иронично поинтересовалась она, и Ариану передернуло. От Беанны это не укрылось. – А иначе на семью падет ужасный позор, – страшным голосом продолжила она. – И не будет нам ни почета, ни уважения…

– А нам нужны почет и уважение? – неожиданно звонко спросила Ариана.

Беанна опешила. От младшей сестры она рассчитывала услышать сбивчивые оправдания или стыдливое молчание, но никак не подобный выговор. И неожиданно для самой себя первой отвела глаза.

– А ты, говорят, с драконом якшаешься, – больше растерянно, чем вызывающе проговорила она. – В этом твое счастье?

Но Ариана снова не смутилась.

– Мое счастье в том, что я нашла настоящего друга, – совсем по-взрослому произнесла она. – И это… правда важнее всего остального.

– Важнее семьи? – насмешливо спросила Беанна, прикрывая таким тоном какой-то необъяснимый страх, порожденный в душе словами сестры. Ариана промолчала, но промолчала так, что все стало понятно лучше любых объяснений. Беанна внутренне вздрогнула.