Мечта для мага

Я прокралась к двери. Сердце колотилось, ладони вспотели. Нет ли кого поблизости, не услышал ли кто, не раскрыл ли мою тайну?

Выглянула. Коридор был пуст и тих, затаившихся злопыхателей не наблюдалось. От сердца отлегло.

- Степан, ты понимаешь, так нельзя, - проникновенно проговорила я, прикрывая дверь и поворачиваясь к нему. - Посмотри на меня. Я же не барышня нынче, я мужчина. Называй ну хоть хозяин, хоть господин. Да как угодно! Главное, чтобы было не понятно, что я девица!

Степан кивнул, мол, понял, согласен, будет сделано.

Но ровно на второй минуте выдал своё «хозяйка»: куда поставить это, хозяйка? куда положить то, хозяйка? А я раз за разом замирала, холодела и оборачивалась, хоть дверь уже и была закрыта.

- Степан! Последний раз тебя прошу! - едва не со слезами в голосе взмолилась я. - Не называй ты меня так!

Он посмотрел так растеряно и жалобно, что я поняла - не сможет. Слишком уж привык, слишком въелось в него это слово. И хоть проси, хоть умоляй, всё будет попусту.

В тот день я до самого вечера запретила ему выходить из комнаты - вдруг где-то опять обронит «хозяйка»? А сама напряжённо размышляла над проблемой. Новое, непривычное место не то, чтобы тревожило... но к размышлениям не располагало.

Потом ещё полночи вертелась на непривычной узкой и жёсткой кровати, прислушиваясь к всхрапыванию Степана за тонкой стенкой, в передней. Решение было где-то недалеко, но, как всегда, ждало того мгновенья, когда сознание хоть слегка погрузится в сон.

Мне привиделся Степан, который открывал рот, чтобы сказать своё «хозяйка», к чему-то прислушивался и рот закрывал.

Точно! Магический свисток! Я даже подпрыгнула на тощем тюфячке, вскочила и стала рыться в сундуке с учебными принадлежностями. Где там мой алхимический котелок?

Я сварила зелье памяти - оно было простенькое, мало-мальски образованный человек мог такое сделать. Добавила заклинание свистка, настроив его на слово «хозяйка». Пришлось, правда, потратить один заряженный амулет, но это ничего, для пользы всё-таки.

Останется только утром напоить Степана, и дело готово.

Я улеглась, облегчённо вздохнула и наконец уснула: не всё так плохо, как казалось ещё пару часов назад. Моё новое изобретение должно было отучить моего денщика от ненужного слова. Принцип был прост: на первых звуках свисток издаст сигнал, слышимый только Степану, и тот просто не станет говорить.

Уговаривать кузнеца не пришлось, выпил, вытер губы рукавом и взялся за работу.