Цвет крыльев. Серый

Но больше всего он желал отомстить за свою любовь, о которой так и не успел сказать той единственной душе, которую полюбил.

Пару раз, от лютой смеси отчаяния, гнева, боли и тоски, у него срывало барьеры, и наверно, ему стоило вернуться на небеса, пока он не натворил глупостей на земле, но делать этого Самаэль категорически не хотел.

Там ему будет еще сложнее удержать себя в руках, чем здесь. Пусть Смерть и не может упасть, а серые крылья нельзя ни сжечь, ни отбелить, ни променять на алые, но правосудия вряд ли удастся избежать.

– Что случилось? – спросила подошедшая в этот момент Анжела, поежившись.

Она успела почувствовать липкий, непонятно откуда взявшийся страх.

– Самаэль расстроился, – развел руками Азазелл. – А ему сейчас категорически нельзя этого делать.

– Простите, – ангел Смерти опустил голову.

Он выглядел как потерявшийся щенок, и девушка наверно никогда не сможет к этому привыкнуть. То, каким он был прежде, и то, каким стал… это были словно два разных ангела.

– Все в порядке. – Дэймон положил руку ему на плечо и тут же убрал. – Обрести чувства… наверно это было для тебя шоком. Так что это мы должны извиняться перед тобой.

– Нет. То есть да, – Самаэль вздохнул. – Это было шоком, но я рад. Точнее, не рад, а… не важно. Просто это было не зря.

– Что ты собираешься делать теперь? – нараспев проговорил Азазелл. – Ты все еще здесь, на земле, хотя давно мог бы убраться куда подальше.

– Я… я просто не знаю, что мне делать. Но знаю лишь, что пока не хочу возвращаться.

– Почему? – удивился Дэймон.

Небеса были домом для всех ангелов. Земля тянула к себе, опутывая паутиной чувств, но небеса всегда оставались в душе, и крылья были тому напоминанием. Хотя, возможно, у ангелов Смерти дела обстояли иначе.

– Потому что я их пока не простил, – еще более запутанно пояснил Самаэль.

– Сэмми, мы в недоумении, – хмыкнул Аз. – Кого, а главное, за что ты должен был прощать?

– Ангела за смерть моей любимой. И Отца за то, что забрав мои чувства, он не лишил меня способности их ощущать.

Его барьеры вновь опасно дрогнули.

Сейчас, высказавшись, он почувствовал себя немного легче, чем пока молча пытался переварить все в одиночку.

– Что-о-о? – почти хором воскликнули Дэймон и Анжела.

Азазелл лишь изящно вскинул брови, но было заметно, что и он порядком удивлен.