Проданная

- Я была в библиотеке, когда услышала стон. Вышла посмотреть, кто это стонет и наткнулась на вас. Вы выглядели больным. Я хотела помочь, когда вы схватили меня за руку и отказались отпускать. Пришлось сесть рядом. И, видимо, я задремала, - Ответила Диара спокойно, стараясь, чтобы голос не дрожал. А ну как травник её выгонит или продаст тому же Грацию, за то, что видела его таким?

- И всё? – Травник пристально смотрел на неё. Диара чувствовала себя странно неловко под его взглядом.

- Ну… - она замялась, ожидая расспросов, криков, наказания, чего угодно, но Эурелиус встал и отошёл к окну. И только сейчас она поняла, что окно было открыто. Для этого дома просто невозможная роскошь. Под угасающим светом летнего дня травник выглядел призрачно. Бледный, взлохмаченный, под глазами пролегли тени, скулы резко очерчены, тонкие губы сжаты. Она в первый раз увидела в нём не хозяина, а просто человека, несчастного и одинокого.

- Я говорил про Сюзан, да? – Она растерялась, услышав вопрос, потом осторожно ответила.

- Да.

- Я так и думал, - он сказал это с печальной обречённостью таким голосом, что у Диары отпало всё желание колко напомнить ему про его же слова о дурман-траве. Помолчав немного, Эурелиус добавил. – У тебя, наверное, возникли вопросы, много вопросов.

- В следующий раз? – Не смогла всё-таки сдержаться Диара. – То есть без дурман-травы жизнь невозможна? А что же вы тогда говорили про сильных людей?

- Ты не понимаешь… - тоскливо протянул травник.

- Отец учил меня никогда не лгать людям.

В комнате повисло молчание, зыбкое, почти осязаемое. Оно давило своей недосказанностью. И вот кто её за язык тянул?

Но Эурелиус никак не отреагировал на её слова, и Диара, медленно направилась к двери. Все глупости, которые могла совершить, она уже совершила. Нужно уйти, до того, как травник опомнится. Иначе, он ей, наверное, припомнит все её слова. Но у самого порога её догнало:

- Следующего раза не будет, я обещаю.