Мой хвостатый друг

Ну что в ней? Кроме глаз и форм, не было ничего. А сейчас Плагос и сам не знал, что происходит. Боялся отпустить ее от себя дальше, чем на шаг. Готов был ласкать по первому зову, да и без всякого зова тоже. Ее нежность, ее немного неумелая горячность и решительная искренность напрочь отшибали разум, оставляя только жажду тела. Наследник Тиасов чувствовал себя пчелой в меду: увяз всеми лапками, но и улетать нет никакого желания.

Прекрасно понимал, что Кона не перестает быть дочерью врага, даже когда гортанно стонет в самый сладкий момент.

Когда изгибается, подставляя для ласки нежные места, когда обнимает его бедра ногами, не давая отстраниться раньше времени. Знал: новизна рано или поздно пройдет, а кроме вожделения, их ничего не связывает. Но думать об этом лишний раз не хотел. У него есть время вкусить нежности дочери Щура Дормета, и он не станет отказываться от перепавшего удовольствия.

Кона потерлась затылком о его грудь, и сердце Плагоса забилось быстрее. Тряхнул головой, облизнул пересохшие губы и, пока кровь окончательно не превратилась в тягучую патоку, ринулся в бой.

– Нам надо заехать в Торлуд, столицу. У меня дело к дяде Кролосу. Уже срочное. Ненадолго, на полдня. Что скажешь?

Почувствовал, как Кона затаила дыхание и застыла, напрягаясь каждой мышцей:

– Думаю, мне лучше подождать тебя у зельеваров. Кролос вряд ли обрадуется моему визиту. Да и зелье надо будет варить сразу, чтобы цветы воскрешения не успели завянуть.

– Брось, – Плагос опять коснулся губами ее макушки, – сваришь зелье у нас во дворце, там есть подходящее место.

А я как раз спокойно пообщаюсь с дядей, – перешел на шепот: – Не хочу расставаться с тобой даже на полдня…

– Мне страшно ехать туда,– Кона подняла голову и попыталась посмотреть ему в глаза. Потом, поняв тщетность своей попытки, снова потерлась затылком о грудь спутника. – Дочь мага Дормета для многих из ваших слишком желанная добыча. И добро бы сама по себе…

– Хочу, чтобы ты верила мне, – он выпустил поводья и обнял Кону за талию.

– Я правитель на своих землях и не дам тебя в обиду.

Чародейка тяжело сглотнула, явно хотела что-то сказать, но осеклась.

– Верю, – в конце концов выдохнула она. – Только, пожалуйста, на полдня, не больше.

– Клянусь, там ненадолго, – усмехнулся Плагос. – Туда и обратно…

– Нам пора бы спешить, – хихикнула Кона, – а то мой женишок заведет себе мохнатую подружку, и к весне у нашего короля будут рогатые внучата. Неразговорчивые, но подвижные и милые.