Кровь королевы

– Если вы ждёте, что я дам вам ответ на вопрос, на который ответа нет, королева, то вы обратились не к тому, — Вейл скосил глаза на Элению, — могу лишь поделиться своими суждениями, а волю богов пускай вам раскроет кто-то другой.

Алаур стиснула кулаки.

— Вы все говорите, что признаёте меня королевой, но отказываетесь мне помогать?

— Я не отказываюсь, — возразил Вейл, — лишь предупреждаю, что смертен, как и все. И посоветовать вам могу лишь то, что в силах смертных. А вам, в свою очередь, может не понравиться мой совет.

Алаур разглядывала Вейла, пытаясь прочитать значение этих слов по его лицу. Потомок такого же древнего рода, как и её собственный, Вейл, пожалуй, тоже мог бы претендовать на престол – если бы только не был мужчиной. Женщин в старшей ветви дома Тай Кайен не осталось. Приведённая в дом жена здесь бы не подошла. Но Алаур знала, что не в этом причина верности Вейла её матери. Они вдвоём помнили ещё те времена, когда дроу вели войны по всему материку. Когда её народ был народом воинов и не прятал голову в песок.

Облачённый в обсидиановый доспех, с белоснежными длинными волосами, трепещущими на ветру, и тёмно фиолетовым плащом, развевавшимся за спиной, Вейл сам походил на одного из воинов древности, каких вдоволь можно было отыскать на страницах книг – но в жизни Алаур не встречала ещё ни разу. «Он не только мог бы быть королём», — необыкновенно отчётливо осознала Алаур. – «Он и справился бы лучше меня». Алаур невольно покосилась на жрицу, которая никогда бы не допустила в королевстве дроу такого позора.

На чёрном нагруднике Вейла красовался старинный знак танцующих с клинками – овитое змеёй мировое древо. Рукоять клинка, который, должно быть, передавался из поколения в поколение, как у всех старших воинов великих домов, испещряли чёрные драгоценные камни – слёзы валькирий. И в то же время, глядя на тонкие пальцы своего ближайшего соратника, Алаур с тоской думала о том, что этот клинок, должно быть, много десятков лет не покидал ножен. Если он не заржавел, то лишь потому, что дроу слишком следят за собой, чтобы таскать на церемонии заржавленный меч.

— Разве не ты должен вести наши армии в бой? – спросила Алаур, старательно скрывая разочарование, грозившее пролиться наружу через её голос. – Мы – древний и воинственный народ.