Пропавшая наследница Цакары

Погрузился в мучительно долгий сон, ожидал, пока душа Инайи напитается и избранница очнётся.

Но шло время, а этого так и не случилось на протяжении многих тысяч лет. Разделившийся надвое Исток энергии пополнялся от любви и благодарности народов Цакары к своим богам. А какая может быть радость и любовь, когда планета оплетена чёрной паутиной войны?

…Отрёкшийся от своих творений, скорбящий Бог до сих пор так и ожидает пробуждения возлюбленной. Истоки энергии пополняются, но по очень малым каплям.

Виринийская Ночь. Ночь, когда оба солнца остаются на небе и выстраиваются в одну линию с луной. Такое явление происходит раз в полвека. Истоки божественной энергии в эти мгновения наиболее стабильны и открыты новым каплям любви и благодати.

Тэрги верят, что однажды в одну из таких ночей Богиня проснётся и дарует им свою милость. Прекратится война, и наступит долгожданный мир. Ведь они тоже просто хотят жить. Но онарийцы непримиримы. Они нарекли тэргов чудовищами, захватчиками, несущими смерть всему живому.

Поздним вечером, сидя в наземной киене – беседке для господ – в окружении серокожих крылатых на центральной площади, Яна слушала легенду, льющуюся из сухих губ диара – старейшего мага тэргов. Рядом бдели неизменные лайири Дик и Рид, без них она бы вообще не согласилась присутствовать на празднике.

Несмотря на охрану, псевдонаследница чувствовала себя, мягко говоря, не в своей тарелке.

К подрагивающей от лёгкого прохладного ветерка, а может, и от разыгравшихся нервов, как пчелы на мёд липли скользкие, слащавые взгляды мужчин, словно бы она являлась лакомой добычей. Хотелось сию секунду выскочить и сбежать в покои, запереться там на все замки. Но интерес все же пересиливал страх, и Яна решила пока повременить с уходом.

А вот князь Седон пока не явился. Ну и хорошо, без него намного спокойнее… душе.

Два солнца на небе по-прежнему продолжали пульсировать светом, хоть время на часах близилось к полуночи. Разделяли пространство на две разноцветные половины. Луна, вставшая меж светил, чуть напустила темноты, даруя ложное ощущение наступающих сумерек. «Как чарующе», – восхищалась Яна.